Игрушка для Шакала

Но тут совсем другой случай, выбора просто нет. Достаю бежевые лодочки, обуваюсь.

И куда мне так ходить? Из спальни в гостиную и обратно?

Плюхаюсь в кресло, раздумывая, чем занять себя дальше.

Мне нужна стратегия, какой-то план действий. И было бы неплохо изучить территорию. Кажется, за дверью охранника больше нет. Может, меня и не будут сторожить? А что, такое возможно. Мой цербер мог решить, что такую маленькую и беспомощную меня можно не охранять, а?

Крадусь к двери и выглядываю из комнаты. Пустой коридор, даже шагов и голосов ничьих не слышно.

Выхожу из спальни, осматриваю коридор.

На этаже несколько дверей, и я подхожу к каждой, чтобы заглянуть внутрь. Первая же дверь, по соседству с моей, оказалась заперта. А вот следующие нет. За ними нашлись три пустые спальни, библиотека с огромным бильярдным столом в центре и ванная комната.

Ничего полезного, в общем.

Вот бы найти комнату, забитую оружием. Ну, или хотя бы удобной одеждой моего размера.

Очнись, Ника, что ты станешь делать с автоматом, даже, если найдешь его? Выстрелишь себе в голову? Потому, что расправиться с толпой здоровых мужиков, гуляющих по территории, ты все равно не сможешь.

И плевать, что когда-то Иван Сергеевич научил меня обращаться с оружием. Они сильнее, и их больше.

Нужно действовать не силой, а хитростью. Наверняка же есть способ вырваться отсюда?!

Разочарованно выдыхаю, спускаюсь по лестнице.

Вокруг никого, даже та милая домработница ни разу не пробежала. А я смогла осмотреть кухню, еще одну гостиную с камином и большим уютным диваном, еще одну ванную комнату.

И даже на тренажерный зал набрела. В общем, слонялась по дому, пока не решилась на совсем отчаянный шаг – заглянуть в кабинет.

Одаевского нет, можно выдохнуть. Что я и сделала.

Захожу внутрь, прикрываю двери. Тихонько подхожу к столу, на котором аккуратными стопками сложены бумаги и папки. Быть может, в них есть что-то важное?

Перебираю документы, бегло пробегаю взглядом. Какие-то договора. Боже, почему их так много? И почему я раньше не потрудилась вникнуть в дела отца? Вот у него на столе тоже вечно была кипа бумаг.

И, если бы я хоть немного прониклась его делами, то, может, понимала бы теперь, что из этого вороха заслуживает внимания, а что нет. А так, это просто непонятный поток каких-то цифр и договоров.

Все безнадежно, Ника.

Стоило подумать, как за дверью раздались шаги. Сердце сделало кульбит, а потом забилось в агонии, предвкушая жестокую расправу надо мной.