На другой стороне

 – Выбирай!

По своей воле? О какой воле идет речь, если у меня нет выбора? Разве смогу я в одиночку справиться с двумя здоровым мужиками, вооруженными пистолетами?

Медленно встаю с колен. Бросив презрительный взгляд на предложенную ладонь, я заглядываю в глаза подлого убийцы.

– Куда идти? – спрашиваю дрожащим от напряжения голосом.

Мужчина никак не комментирует мое открытое презрение. Лишь кривая улыбка исказила его лицо. Но только на мгновение. Он опускает руку, прячет в кобуру пистолет.

– Прошу! – почти галантно он указывает на двери.

Сам же хватает за шкирку своего подельника и отбрасывает его в сторону. – Уступи даме место, – комментирует свои действия.

Меня трясет от страха. Но я стараюсь не показывать этого. Никакой галантностью не перебить тот факт, что рядом со мной находится хладнокровный убийца. Он застрелил Сашу, лишил меня будущего, о котором я мечтала. И как теперь поступит со мной – неизвестно.

На подгибающихся ногах выхожу из квартиры. Сердце бешено колотится в груди.

С трудом передвигаю ноги, толком не понимая, куда мы идем. Пока все просто – прямой коридор, и я по нему иду. В спину дышит смерть в лице громилы в сером костюме, а впереди безысходность.

Саши нет, он убит. Нагло и бескомпромиссно. Тот самый мужчина, от которого я мечтала родить ребенка всего несколько минут назад, теперь лежит на полу квартиры, залитый кровью. Он всегда и всех спасал. А его никто не спас. И даже я не смогла помочь!

– Направо, – вздрагиваю от хриплой команды над ухом.

Послушно выполняю приказ, ощущая себя тряпичной куклой.

Мы выходим во двор. У самого подъезда стоит большой черный внедорожник с тонированными стеклами. Мужчина делает шаг вперед и открывает передо мной двери.

Вопросов не задаю. И так все понятно. Забираюсь в салон и вжимаюсь телом в кожаное кресло.

Громила захлопывает дверцу и обходит машину спереди. Сам садится в водительское кресло, отчего автомобиль заметно проседает под его тяжестью.

– Пристегнись, – бросает он мне через плечо.

Послушно выполняю приказ. У меня нет иллюзий, я не верю в его напускное спокойное равнодушие. О том, что он пристрелит меня, если ему что-то не понравится, и говорить не стоит, все и так понятно.

Едва я закончила возится с ремнем, как машина тронулась с места. Быстро набрав скорость, мы несемся по городским улицам. Я пытаюсь запомнить дорогу, но потом вспоминаю про пистолет и с ужасом признаю, что у меня против этого бандита нет ни единого шанса.