Запрещаю влюбляться

Оторвавшись от моих губ, он обхватывает мою руку своей и сжимает, показывая, как ему нравятся. Под моими пальцами его плоть становится все больше, а мужчина хрипло стонет, отзываясь на ласку.

Я чувствую в себе силу и уверенность. А еще я ощущаю свою власть над ним. Ласкаю его рукой, пока его плоть не вздрагивает, выбрасывая струю семени, пульсируя в моей руке. Мужчина хрипло стонет, а я увлеченно наблюдаю за его реакцией на мои действия. Он смотрит затуманенным взглядом. Клянусь, я не видела ничего красивее этого взгляда.

Сильный мужчина полностью в моей власти. Только теперь я поняла, почему ему так нравится наблюдать за мной в такие моменты.

– В следующий раз ты возьмешь его в рот, – шепчет он, снова опуская меня на землю из сладких грез уверенности в своей власти над ним. – Хочу видеть твои глаза. Когда ты будешь глотать мою сперму.

От картинки, которую я представила себе, стало противно. И обидно. Я не шлюха, чтобы делать такое.

– Этого никогда не будет, – отвечаю с вызовом.

– Посмотрим, – его уверенное в ответ.

Глава 12

Когда я просыпаюсь утром, мужчины рядом нет. После душа я надеваю простое трикотажное платье и спускаюсь по лестнице. Из кухни разносится просто невероятный запах блинчиков, и я иду, принюхиваясь, к вкусностям. Захожу в комнату, резко замирая на пороге.

Дмитрий Анатольевич стоит у плиты и готовит блинчики. На нем только джинсы, они немного свободно болтаются на талии. Мускулистый торс выглядит завлекающе, так и хочется к нему прикоснуться, провести по венкам на руках.

– Голодна? – спрашивает улыбаясь, повернувшись ко мне лицом.

Я сглатываю вязкую слюну.

– Ага, – киваю ему.

– Садись, – кивает он в сторону стола, на который ставит тарелку с горкой блинчиков.

Мужчина суетится вокруг меня, и очень быстро на столе появляются две тарелки, приборы, а еще он ставит передо мной чашку ароматного капучино.

– Приятного аппетита, – говорит, кивая головой, чтобы я попробовала завтрак.

Тянусь к блинчикам. Мммм, вкусно. А, если еще и с вареньем.

Так, стоп! Он умеет готовить? Зачем? То есть как? Кто научил? У него столько прислуги, что ему совсем не за чем это уметь.

– Меня мама научила печь блинчики, – отвечает он на мой незаданный вопрос. – Это было давно.

– А мама часто приходит к вам? – спрашиваю, хватая рукой еще один блинчик.

– Мои родители погибли в аварии пять лет назад, – мужчина резко перестает улыбаться.

– Извините, – шепчу смущенно.

– Ничего страшного, ты не знала.