Дерзкая темная ночь

 – Она смотрит на диван, где мы лежали, обнявшись. Там еще витает наше сексуальное напряжение. Интересно, она тоже это видит? – Еще спасибо, что ты такой классный. Понимаю, что моя жизнь сейчас – сплошное сумасшествие, а у тебя полно своих дел. Я ценю, что ты миришься со всем этим и пообнимал меня сегодня.

Я улыбаюсь, но ничего не отвечаю, потому что, вот честно, что тут можно сказать? Что готов мириться с сумасшествием хоть круглые сутки, если оно ее?

Она наконец поворачивается и подходит к двери.

– Ты мое укрытие.

– Меня называли куда хуже, – улыбаюсь я.

Слегка улыбнувшись, Лола встает на цыпочки и, подавшись вперед, быстро целует меня в щеку:

– Спокойной ночи, Оллс.

– Спокойной, Сладкая Лола.

И после этого она уходит.

Глава 5

Лола

Чем занимается кое-кто после вечера интимных обнимашек с другом на диване, приехав в свою пустую и холодную квартиру?

Ну первым делом эта кое-кто достает из прикроватной тумбочки вибратор.

А на следующий день она направляется прямиком в магазин этого друга и делает вид, что совсем не наблюдает за ним остаток дня.

Если честно, я не знаю, что со мной не так. Меня настолько разрывает между желаниями держать его во френдзоне и немедленно оседлать, что приходится сдерживаться всякий раз при мысли об этом. А сам факт, что вчера Оливер оказался не против объятий и флирта и даже поощрял… Я серьезно не знаю, что делать, потому что, с одной стороны, человек, с которым мне хочется это обсудить, – это и есть Оливер, а с другой – он последний, с кем буду об этом говорить.

Мне хочется его подтолкнуть, совсем чуть-чуть, чтобы посмотреть, не изменилось ли что-то между нами и сделает ли он шаг вперед. Просто я никогда не могу точно знать, что происходит у него в голове.

– Ты уже поселилась тут, Лола? – из-за прилавка интересуется Не-Джо, когда я прохожу мимо него в конец магазина.

 – А то давай я покажу тебе, как заполнять ведомость, а сам пойду забью косячок.

– Я все слышу! – кричит с другого конца магазина Оливер. Он смотрит на меня и слегка улыбается. В этой улыбке тысячи слов, а я не знаю этого языка.

– Преследовать вас обоих – одна из привилегий создательницы комиксов, – отвечаю я, потягиваясь с альбомом в руках и расположившись на новом диване в конце магазина.