Прекрасный незнакомец

Под их взглядом мне хотелось сделать с ней очень, очень плохие вещи.

И, конечно, совершенная задница и сиськи не портили картину.

– Стелла, обедать с тобой – все равно что с пустым стулом, – заявил Уилл, протянув руку через стол и стащив ломтик картошки с моей тарелки.

– М-м-м? – пробормотал я, по-прежнему глядя вниз и старательно изображая равнодушие. – Вы обсуждаете регби. А я тут помираю от скуки. Я уже практически мертв.

Если я чему-то и научился в этом бизнесе, так это тому, что вы никогда, никогда не должны раскрывать карты, даже если у вас на руках худший расклад из возможных.

– На что бы ты ни пялился в своем телефоне, это точно выглядит в тысячу раз лучше, чем «Джетс» в этом сезоне. И ты не хочешь поделиться с нами!

Если бы он только знал, насколько не хочу.

– Просто взглянул на рыночные рейтинги, – сказал я, чуть покачав головой.

Почти застонав, я закрыл видео и сунул телефон во внутренний карман пиджака.

– Скучища.

Уилл выдул то, что оставалось у него в стакане, и рассмеялся.

– Ненавижу тебя за то, что ты так ловко лжешь.

Если бы мы не были лучшими друзьями с тех пор, как три года назад открыли одну из самых успешных венчурных фирм в городе, я бы мог ему поверить.

– Делаю предположение: ты смотришь на телефоне порнушку.

Я пропустил это мимо ушей.

– Эй, Макс, – встрял Джеймс Маршалл, наш главный технический консультант. – Что там у тебя вышло с той женщиной, с которой ты говорил в баре?

Обычно, когда мои приятели спрашивали о какой-нибудь случайной женщине, я пожимал плечами и отвечал «быстрый перепихон» или даже просто «лимузин».

– Ничего.

Официант прибыл с очередной порцией заказанных напитков, и я рассеянно поблагодарил его, хотя не притронулся даже к первому. Мой взгляд нетерпеливо скользил по комнате. Обычная толпа обедающих: деловые встречи и женщины, забежавшие в ресторан.

Мне захотелось вырваться из собственной кожи.

Джеймс застонал, закрыл папку и сунул ее в дипломат. Он прижал стакан ко лбу и вздрогнул.

– Кто-нибудь еще оплачивает выходные? Я слишком стар для этого дерьма.

Я поднял стакан со скотчем к губам и немедленно пожалел об этом. Как мог этот напиток, к которому я прикладывался почти каждый день с момента совершеннолетия, вдруг напомнить мне о женщине, встреченной лишь раз? Рядом кто-то кашлянул. Я поднял голову.