Прекрасный секрет

Руби была высокой, даже несколько долговязой, но это не привлекало внимания. Со своей идеальной осанкой и всегда высоко поднятым подбородком она была грациозна, как олененок.

Четыре пары глаз скользнули по лицу Руби, затем по ее стройному телу к ногам, а потом снова вверх и переместились на меня, засияв.

Черт возьми.

Моему чертову братцу не надо было говорить ни слова, я и так понял, о чем он думает. Я отрицательно покачал головой, но его ухмылка стала только шире.

Они все встали, поздоровались со мной и по очереди представились Руби.

Рукопожатия, имена, любезности. Я занервничал. Это мероприятие не походило на деловой обед или даже на ужин с друзьями. Было ощущение, что Руби на переднем плане, что я демонстрирую ее им. Это было знакомство.

– Напоминает собеседование, – сказала она, садясь на красный бархатный диван рядом с Джорджем. – Все эти костюмы.

Я сглотнул, и мое лицо покрылось румянцем от смущения и облегчения при мысли о том, что она восприняла этот вечер совсем по-другому.

Мы вовсе не флиртовали.

Совершенно не умею понимать намеки.

– Центр города и его опасности, полагаю, – с легкой улыбкой ответил Беннетт и махнул официантке, чтобы она подошла принять заказ.

– Джин с тоником и побольше лайма, – попросила Руби, потом быстро посмотрела на короткое барное меню. – И сэндвич с прошутто, будьте добры.

Женщина с любовью к джину с тоником, моему любимому вечернему коктейлю? Господь всемогущий. Макс поймал мой взгляд и поднял брови, словно говоря: «Ну-ну».

– Мне то же самое, – сказал я, отдавая официантке меню. – Только с одним кусочком лайма.

– Как вы познакомились? – спросила Руби у Макса.

– Ну, – протянул он, наклоняя голову в моем направлении, – вообще-то это мой младший брат.

Руби улыбнулась.

– Говорят, вас много.

– Что да, то да, – хмыкнул Макс. – Десять. – Он махнул в сторону мужчины, сидящего рядом с ним. – С Беннеттом мы вместе учились в университете, с Уиллом я познакомился, когда переехал в Нью-Йорк и мы приняли неудачное решение открыть совместный бизнес…

– Твой бумажник испытывает ежедневные приступы сожаления по этому поводу, – сухо отозвался Уилл.

– Джордж работает вместе с моей женой Сарой, – договорил Макс.

– Я ее Пятница, – объяснил Джордж. – Занимаюсь ее расписанием, слежу, чтобы графины на ее столе никогда не были пустыми, и слежу, чтобы их с Максом не поймали во время совершения развратных действий.