Сексуальный дерзкий парень

Мне нравится, как он ласкает мои губы, как после всего одной совместной ночи его руки хорошо знают мою кожу.

Он ведет меня к постели, его язык, губы, зубы на моих щеках, губах, подбородке. Я опрокидываюсь назад, когда мои колени касаются основания постели.

Он хватается за подол моего платья и срывает его с меня, легким движением пальцев расстегивает лифчик. Он заставляет меня чувствовать, что я открываю что-то, чем можно наслаждаться. Я словно трофей, награда, которую он получает в конце волшебного фокуса, когда падает бархатная завеса.

Глаза его скользят по моей коже, и я чувствую его нетерпение: рубашка летит через всю комнату, пальцы дрожат, когда он вцепляется в ремень на брюках, язык щелкает в отчаянном поиске меня и моего вкуса.

Ансель остается полураздетым, опускаясь на колени на полу между моих бедер, он всасывает меня, целует прямо сквозь ткань трусиков. Он нетерпеливо грызет и дергает, сосет и облизывает, прежде чем белье соскальзывает по моим ногам.

Я задыхаюсь, когда он подается вперед и медленно и долго лижет нежную кожу.

Его дыхание обжигает крошечными огненными вспышками, когда он целует клитор, лобок, внутреннюю поверхность бедер. Я приподнимаюсь на руках, чтобы видеть его.

– Скажи мне, как ты хочешь, – говорит он хрипло.

Я вспоминаю, что он доводил меня до оргазма руками и телом, но не ртом. И чувствую, что это надо исправить, гадая, как сильно придется ему постараться, чтобы я дошла до точки и была готова к тому, чтобы он в меня вошел.

На самом деле я сама не очень представляю, что мне нужно.

Оральный секс для меня всегда был лишь прелюдией, остановкой по пути к чему-то еще. Что-то, что помогало мне возбудиться, стать мокрой, разбудить мое тело. И никогда оральный секс не заставлял меня дрожать, обливаться потом и выкрикивать грязные словечки.

– Соси, – застонала я.

Он открывает рот, всасывая меня вместе с воздухом – слишком сильно.

– Не так сильно. – Я закрываю глаза, чтобы набраться храбрости и сказать ему: – Так, как ты сосешь мою губу.

Это как раз то, что ему было нужно услышать, и я откидываюсь на матрас, в голове нет ни одной мысли, я раздвигаю ноги шире, и это сводит его с ума. Он кладет ладони на внутреннюю поверхность моих бедер, не давая мне их сдвинуть, звуки проникают в меня, проходят насквозь.

Он убирает одну руку, и я чувствую, как он двигается, чувствую, как он надавливает. Приподнявшись на локте, я смотрю вниз и вижу, что он трогает себя, не сводя с меня глаз, он весь горит.