Девочка Шаха

 – Можно же было попросить уступить вам место на кассе, а не толкаться в очереди. Я бы вошла в положение, хотя и сама опаздываю… – кто-то сзади схватил меня за талию и развернул к себе. Прежде чем впечататься лицом в мужскую крепкую грудь, я заметила на лицах стоящих передо мной парней усмешки. Вспомнила слова бабушки о том, что в столице полно карманников и крепче ухватилась за сумочку с деньгами.

Холодные пальцы коснулись подбородка, резко дернув его вверх. Мой взгляд скрестился с взглядом мужчины, который украл мои салфетки цвета морской волны.

Он меня пугал. По коже вновь стал расползаться озноб, хотя на дворе стоял конец августа. Я попыталась дернуться, но это оказалось бесполезно – мужчина крепко держал за талию. Темный немигающий взгляд заставлял сердце учащенно биться, а вздохнуть полной грудью не позволяла его непозволительная близость. Парень был красив, его не портили даже небольшие шрамы на лице: небольшой возле уха, чуть шире и глубже на подбородке, и самая узкая полоска рассекала бровь.

Я не понимала, чего он от меня хочет?

Губы мужчины были сложены в тонкую линию, на скулах играли желваки, будто он злился.

«На меня? А за что?» – мысленно недоумевала я.

За моей спиной ребята мило шутили с молодой женщиной кассиром. Я вновь попыталась вырваться. Брови незнакомца сошлись на переносице, он внимательно рассматривал меня, а я чувствовала себя букашкой под микроскопом, только вместо стекла меня расплющил его взгляд, полный неприязни. Так на меня ни разу не смотрели.

Пальцы, покоящиеся у меня на подбородке, дрогнули, и я понадеялась, что меня готовы отпустить, но нет. Парень провел большим пальцем под нижней губой, шершавая поверхность подушечки царапнула кожу. Прикосновение вызвало непонятное чувство: с одной стороны, я хотела узнать, что будет дальше, с другой – эта наглость ужасно тревожила. В голове загорались лампочки, предупреждающее об опасности, в сознании громко звучал сигнал «SOS». Я отвела лицо.

Взгляд мужчины стал колючим, черный зрачок практически расползся по темно-стальной радужке глаз.

Зафиксировав подбородок, он наклонился и поцеловал меня. Я растерялась. Уперлась ладонями в крепкие мышцы. Что удивительно, он не действовал грубо, скорее, наоборот. Несмотря на темноту в его глазах и жесткий захват лица, прикасался он нежно, будто пробовал меня на вкус. Губы мужчины хранили аромат темного кофе. Ухоженная щетина не касалась кожи, следовательно, не царапала кожу.