Сто оттенков неба

Постучав в класс истории, извинилась и вошла. Села рядом с Ритой. Вытащив учебник и тетрадь на парту, приготовилась слушать Иванченко, стоящего у доски.

– Все нормально? – шепнула Ритка, не поворачивая головы.

– Да, – также тихо ответила я.

На обратной стороне общей тетради Рита что-то писала, пока Жанна Борисовна задавала наводящие вопросы Иванченко. Аккуратно подвинув тетрадь, она кивнула на запись.

Тебя Димка ждал у ворот.

Взяв ручку, замаливала записку, чтобы больше никто не прочел.

– Садись, три! – громко прозвучал голос учительницы.

Воспользовавшись шумом, шепнула Рите:

– На перемене поговорим.

Не могу сказать, что слова подруги мне доставили удовольствие. В обычной ситуации, скорее всего, я бы почувствовала, как вырастают крылышки за спиной и приподнимают меня над стулом. Но у нас было то единственное свидание, после которого мои розовые иллюзии развеялись как дым.

«Что это Зыбин так активизировался? Точно поспорил! Стоит ждать очередного «душевного» разговора»

Утром звонил Максим, но трубку я не подняла.

И даже немного расстроилась, что не услышала звонок. А чуть позже от него пришло сообщение. Снова фото неба, не такого ясного, как вчера, но и не такого пасмурного, как у нас. А это его «Доброе утро, Питер!» поднимало настроение.

Пока бежала до школы, пыталась на свой дешевый смартфон сфотографировать и отправить наше небо, но снимки получались размытыми, нечеткими. Печатать и вовсе на бегу неудобно. Послала аудиозапись: «Доброе утро, Максим».

Голос, конечно, запыхавшийся, словно я мешки разгружала, но да ладно.

Димки, как это ни удивительно, в коридоре не оказалось. Наверное, думает, что я сегодня не пришла. Пусть и дальше остается в неведении. С одной стороны, не могу сказать, что он мне не нравится, с другой, совсем не хочется, чтобы надо мной посмеялись.

Телефонами нам пользоваться не разрешали, но кто же слушался. На уроках мы их не доставали, но в коридоре мало кто стоял, не уткнувшись в голубой экран. Зависимость или привычка не знаю, но, даже когда знаю, что мне никто кроме Риты не звонит и не пишет, все равно каждую перемену рука тянется к трубке.

А сейчас появился Максим. На моем дисплее мигает непрочитанное сообщение. Спешу скорее его открыть. Даже не догадываясь, что там, улыбаюсь.

М: Законом стоит запретить тебе посылать голосовые сообщения.

Я: Почему?

Тут же печатаю ответ, который является вопросом. Искренне недоумеваю. Улыбка с лица пропадает.