Знак

За него вступали другие преподаватели, постоянно кивая и держа ладонь на плече мистера Ханта.

В поле моего зрения попалась рыжеволосая девушка, сидевшая на скамейке с парой гвоздик в руках и отстраненно наблюдавшая за подходившими к мистеру Ханту людьми.

– Кажется, я нашла Еву.

Я сделала шаг в ее сторону, но мою ладонь перехватили, останавливая. Я посмотрела за плечо.

– Ты уверена, что хочешь поговорить с ней? – спросил Люк, не отпуская.

– Да, – ответила без сомнений, ведь мне необходимо было опровергнуть тот отвратительно глупый сон.

Люку же я сообщила другое, – я хочу выразить соболезнование, это займет несколько минут. Вы пока можете сходить куда-нибудь.

Перевела молящий взгляд на Кристин. Она кивнула, развернулась на каблуках и пошла в сторону школы. Судя по её реакции, Кристин доверяла мне и признавала мои решения. А что Люк?

Я вновь посмотрела на парня. Под моим взглядом он все-таки отпустил ладонь и недовольно сложил руки на груди:

– Ладно, но не говори ей, от чего Джон умер на самом деле.

– Я и не собиралась.

Люк махнул рукой. Ему определенно не нравилась эта затея.

От Автора

Она сидела на подоконнике, наблюдая за толпой людей, что стекались как реки крови в чашу на судном дне. На ее бледном лице отражалась злость, ведь девушка считала, что вся эта бессмысленная толпа и их слова, лишь причинят боль отцу Джона. А мистер Хант и без этого убит морально, вынужденный проживать эту боль снова и снова, когда кто-то подходит выразит соболезнование.

Но при этом она сама пришла сюда, и привела друзей. Зачем?

– Не знал, что увижу тебя здесь, – произнесли с характерной хрипотцой и девушка узнала до боли знакомый голос. Кристин хрустнула пальцами. Внутри все затрепетало и приятная дрожь разлилась по телу, но девушка не обернулась и смотрела в окно.

До боли знакомый.

– Все пришли проститься с Джоном. Я не исключение.

– Я имел в виду окно. Ты давно здесь не сидела.

Он не знал, почему вспоминал прошлое. Почему помнил её любимые места для грусти, её запах и привычку хрустеть пальцами при сильном стрессе.

Он не знал и молился скорее забыть ту, что сломала его. Он должен был ненавидеть её, но меланхолия, витавшая в воздухе, словно обнажала его истинные чувства. Если бы раньше он прошел мимо, то сейчас, что-то останавливало.

Девушка грустно улыбнулась, прикрыв глаза:

– А ты следил за мной?

– Нет.

Дилан засунул руки в карманы и поднялся по лестнице к девушке.