Сладкие черные волны

В тот день, когда лорд Кэдмон оживил рыбака, он объяснил дочери, что теперь несет ответственность за этого человека, пока к нему не вернется здоровье. Если отец не смог бы вылечить рыбака, то утратил бы честь. Это был путь Древних.

Теперь Бранвен должна либо помочь врагу, либо оставить его истекать кровью на берегу. И это означало бы бесчестье. Сжав руки в кулаки, она прошипела:

– Если со мной случится что-то предосудительное, это будет последнее, что ты сделаешь.

Полуутопленник усмехнулся:

– Я скорее потеряю руку, чем с тобой что-то случится.

– Это можно устроить.

– Если бы ты поранилась из-за меня, я бы заслужил это. – Теперь кернывман не смеялся.

– Очень хорошо, – коротко сказала она. Бранвен знала, какой выбор сделал бы ее отец в такой ситуации. – И в самом деле, обидно спасти тебя из волн только для того, чтобы позволить умереть на берегу. – Она протянула ему руку.

– Обидно, конечно, – сказал он, принимая ее руку; мозолистые подушечки его ладони оказались поразительно мягкими.

Бранвен начала поднимать его, и кернывман слегка улыбнулся ей:

– Надеюсь, что однажды я смогу отплатить тебе за спасение. Если не жизнью, то другим поцелуем.

«Да как тебе не стыдно!»

Бранвен разжала руку, и он упал обратно на песок.

– Смерть предпочтительнее поцелуя кернывмана, – сказала ему она.

Он выгнул бровь:

– Ты хочешь сказать, что если бы знала, кто я, то позволила бы мне утонуть?

Бранвен не ответила. Вот этого она не знала. Когда она увидела незнакомца на плоту, она захотела спасти хотя бы его, раз уж не смогла спасти своих родителей.

Но если бы иверман оказался на берегу Керныва, помог бы ему кто-нибудь?

В глубине души Бранвен практически услышала упрек отца: «Не имеет значения, что сделал бы керныве – только ты сама в ответе за свою честь».

«Проклятье на всех них!»

С трудом поднявшись на ноги, потрепанный незнакомец спросил:

– Как тебя зовут, леди? Мне хотелось бы знать, кому я обязан жизнью.

Она закусила губу, боясь доверить ему свое имя.

Если этот человек узнает, что она племянница Энгуса, он может похитить ее, чтобы получить выкуп для королевства Керныв.

– Эмер, – сказала, наконец, Бранвен. Это была ее любимая героиня, жена самого знаменитого иверского героя. – Просто Эмер. Я не леди, – солгала она.

Кернывман пристально поглядел ей в лицо. Мог ли он распознать ее ложь? Она быстро повернулась, чувствуя себя такой уязвимой, и бросила через плечо:

– Следуй за мной.