Лето одной жизни

Еще весной придумала краситься в малиновый. На работе ко мне быстро привыкли, даже перестали подсмеиваться. А в зеркальном отражении я нашла свою потерянную, непрожитую подростковую суть, девушку с угловатыми чертами. Мне нравится теперь, что мы, наконец, с моим подростком, – вместе. Мимо проносятся дети на велосипедах, пожилые пузатые дядечки степенно семенят к своим машинам. Встаю с пригретой историей о проститутке скамьи, иду к тандырной. Мне хочется заесть боль неслучившейся любви – моей и всех женщин этой планеты.

Проглотить хотя бы на время, вместе с булкой и тыквенным соком, жадное всевидящее одиночество, которое существует поровну на всех, кто живет в этом мире без настоящей любви.

В тандырной беру творожную ватрушку, хотя знаю, что сладкая булка будет с привкусом мяса – их жарят вместе, в одном масле. Все равно, пусть будет так!

Теперь поднимусь в «Fix Price» за блокнотом: самое время, ведь теперь я могу представить себя на месте героини Эльчина Сафарли, доверявшей собственную жизнь только дневнику.

У меня тоже будет такой дневник!

– Дэвушка!.. Дэвушка!..

Останавливаюсь на ступенях. Меня зовут? Оборачиваюсь: за поворотом лестницы мужчина восточной наружности в отвратительно желтой полосатой футболке протягивает мне розу.

– Вазмитэ, эта вам!

– Спасибо! – машинально произношу, забирая цветок.

– Нэ за что! – ускользает вниз по ступеням.

Захожу в «Fix Price» с бордовой розой, завернутой в прозрачную, с белыми рисунками-узорами пленку, розовая лента внизу.

Ужасная упаковка, терпеть не могу такие! Вообще крайне редко нравятся цветы в упаковке. И все же, роза: легкий дымчатый аромат, бархатные лепестки, нежность. Что-то происходит на небесах или во Вселенной, решившей меня утешить небольшим подарком. А блокнот-дневник мне больше не нужен. Ведь у меня есть лето!

ВЕЛИК

На деревенских улицах пахнет кисло-сладким сливовым вареньем, зрелыми яблоками и домашними воспоминаниями детства. Когда еще можно было так бесшабашно мчать на велике вдаль, оставляя на обочинах удивленные километры дороги? Мне кажется, даже в детстве не дышалось столь свободно! Даль ширится просторными пожелтевшими полями, кое-где поросль свежей зеленой травы развлекает взгляд.

Мне хорошо здесь. Даже если не все так, как надо, – все равно хорошо. А я та, кто я есть.

Проезжаю буднично спящую деревню, выскакивают из-за кустов собаки, мелкая серая волосатая, и покрупнее, рыжая, приглаженная. Облаивают.