Дураки и музыканты

– Так и знала!

Нонна прислонилась затылком к откосу окна и прикрыла глаза.

– Мне надо… сходить в магазин, – почему-то отчиталась Лада.

– Угу, – не открывая глаз, отреагировала Нонна.

Лада быстро натянула джинсы и выбежала на улицу.

Путь в магазин лежал как раз мимо музыканта. Это случайность, но Лада успела на последнюю песню.

Крыши домов дрожат под тяжестью дней,

Небесный пастух пасет облака,

Город стреляет в ночь дробью огней,

Но ночь сильней, ее власть велика.

Тем, кто ложится спать —

Спокойного сна.

……….

Спокойная ночь.

Музыкант допел и вежливо поблагодарил публику. Голос у него был приятный, уверенный и мужественный. Кажется, он говорил, что будет петь еще где-то сегодня ночью. Лада не разглядела его, только поняла, что он взрослый, намного старше ее. Она немного постояла за толпой, у газетного киоска. Скрылась, как только раздались аплодисменты. Табличка с именем музыканта и правда нашлась. Но Лада постеснялась подойти и прочитать.

Потом она сделала небольшой крюк и перешла через арку на Пятую линию, потому что вспомнила, что магазин находится совсем в другой стороне.

Тедик и его кумирки

Сегодня Тедик был в ударе! Да, он сам это понимал. Он пел песню за песней четыре часа подряд. С 18.00 до 22.00.

А поклонники все просили: «Еще, еще!» Вот он зажег сегодня публику! Даже струна порвалась (в 20.35). Но он ее мигом заменил, не сходя с места.

Вообще, немного раздражает, что его все время просят сыграть Цоя.

Каждый раз так. И в этот раз – такая же ерунда.

Один фанат прицепился: «Витю сыграй, сыграй Витю!» Кажется, он был пьяный. Тедик терпеть не мог пьяных, даже больше, чем мажоров.

Но Тедик ему ответил в микрофон, достойно ответил:

– Артиста надо уважать. Артист сам знает свой репертуар. Другие песни тоже надо слушать, не только Виктора Цоя. Может быть, мои зрители это уже слышали, и им хочется что-то еще послушать. Имейте свое уважение!

Он играл Цоя, играл Шевчука, играл Наутилуса, Сплинов, Лепса, Чайф, Агату Кристи, Арию, Би-2.

У него же широкий репертуар, в конце-то концов. По желанию, он мог и Леонтьева, и Михайлова. Это для взрослых дам, конечно, для романтики.

А сколько девушек сегодня было! Некоторые – очень даже красивые. Особенно, если в коротких юбках. И все они – его поклонницы и кумирки. Ну что ж, пусть поклоняются, его талант не против. Так и должно быть.