Фальшивое откровение

 – Не создавай мне очередные проблемы.

– Он знает, что между нами все в прошлом. Конечно, почему бы ему не быть в ярости, когда СМИ застали меня с тобой – нарекли нас любовниками.

– А мы будто ими не были? – Эмир ехидно прошептал это ей, опустив взгляд на ее красные губы.

Ханде отвела взгляд, не переставая улыбаться на его откровенный флирт.

– Все в прошлом, репутация Волкана, как ты знаешь, пострадала из-за меня. Но спасибо ему за то, что простил мне эту ошибку. Это мимолетное увлечение.

Лейла игнорировала происходящее, но находиться здесь становилось все неприятнее. Если бы не ее умершие чувства к Эмиру, она бы выбежала отсюда в слезах.

– Странное у нас общество, – заметил Эмир. – Мужа, которому наставляют рога, порицают, его рейтинг в бизнесе падает, а тому, кто наставляет рога, похвала и почет.

– Только благодаря таким грязным играм ты на высоте в свои юные годы, Эмирчик.

Эмир с улыбкой поднес шампанское к губам. Ханде перевела взгляд на Селима и Пелин.

– Я хотела узнать, что собираешься делать с Селимом Йылмазом? Волкан хвалит его, не только из-за личной неприязни к тебе, – Эмир потерял былую радость от ее слов. – Плюс он женат. А женатые в почете в нашем обществе. Или, – она повернулась к Эмиру, – планируешь наставить ему рога с его красавицей женой? Опять же, ты герой обсуждений и рейтингов, а он – герой насмешек. В твоем стиле.

Эмир снова поднес к губам бокал шампанского и посмотрел в их сторону.

Пелин захватила пяткой лодыжку Селима и отклонилась назад. Она была такая счастливая, позабыв о том, что тревожило ее днем, находясь в объятиях любимого мужчины. Селим поднял ее за талию и вновь поцеловал в губы. Эмир опустил бокал на стол, не сводя с них взгляда, спросил:

– Думаешь, такая грязная игра сработает?

Ханде уловила в его взгляде на Пелин то, что не видела прежде. Она улыбнулась своим мыслям.

– Боишься разбить ей сердце?

– Что? – Эмир рассмеялся.

 – Не пори чепуху, мне нет дела до его колхозной жены! Мои родители провалились бы под землю от стыда, если бы увидели меня с ней, – Ханде не верила ни единому его слову. – Я серьезно спрашиваю, если нас с Пелин застанут за интрижкой, Селим потеряет рейтинг?

– Ну, конечно, как и Волкан однажды из-за тебя. Кто станет уважать того, кого не уважает собственная жена? Кто станет обращаться к такому неудачнику? Это Стамбул, малыш.