Плюсик в чарму

– Нам еще тетради брать! И колбы! И остальное! – перечисляла я, взывая к детской совести.

В ящике валялись треснувшие пудреницы. Я попыталась открыть первую попавшуюся, но она была наглухо закрыта.

– Видимо, сдохла, – мрачно заметил Никита, пока я усиленно ковыряла замочек. – А у вас тут фея сдохла!

– Никита! – строго произнесла я. Мало того, что эксплуатируют маленьких феечек, так еще и … – Никита, имей совесть!

– А что? Они пытались нас завоевать! – обиделся Никита.

– Как? – удивилась я, откладывая пудреницу.

По огромному магу ползает фея и орет, что все это ее! Или они роем, как комары?

Я отрыла, а потом попыталась открыть еще одну пудреницу. Там сидела старая помятая фея.

– Чем я могу… – начала она и уснула. Послышался храп, похожий на писк.

– Тормозит, – вздохнул расстроенный Никита.

– Простите, – пошевелила я пальчиком старушку.

– Че-е-ем… я-я-я… могу-у-у ва-а-ам помо-о-очь, – послышалось из коробочки.

Пока фея произносила эту фразу, я успела бы встретить любовь своей жизни, родить и  уже лежала бы в ожидании стакана воды на дорожку.

– С таким отстоем я ходить на буду, – глухо произнес Никита.

– А я не тебе. Я себе выбираю, – пожала плечами я. – Нужно же будет как-то с тобой держать связь?

Я взяла еще одну пудреницу с трещиной от молотка. Стоило мне открытье ее, как фея завизжала и бросилась на меня.

Отбившись от атаки, я выдохнула.

– Глючит, – вздохнул недовольный Никита. – Нет, ну все стопудово будут с крутыми фейфонами.

А я один с отстоем. И все будут с меня ржать…

Я взяла сразу две пудреницы. Одна открылась с легкостью.

– Ч-ч-чем я м-м-могу в-в-вам п-п-помочь? – послышался голос помятой феи. Одно крыло у нее было сломано. Второе напоминало снежинку, которую вырезал косоглазый и старательный ребенок.. – Ааааа!!! Только не дети!

Пудреница закрылась, прищемив мне палец. Я повертела в руках невзрачную пудреницу с потертым узором. Замочек открылся легко.

– Наконец-то! – на меня посмотрели глаза, которые видели Афган.

Фея сидела как-то уж очень пошло. Одета она была примерно так же.

– Ну че? Опять свою колбасу иллюзить будешь? – спросила она насмешливым и не совсем трезвым голосом.

– Какую колбасу? – спросила я.  Фея выдохнула перегаром и занюхала юбкой.

– А! Это не ты. Уже легче, – вздохнула фея, глядя на меня убитым взглядом. – Зовут меня Джоин Роуминг. Все потому, что роуминг у меня бесплатный. Правда, связь так себе. Но что есть.