Шаман

«Вы шутите, господин Брейгель?»

«Ну, ходят ведь такие слухи».

«Насколько мне известно, это всего лишь слухи».

«А как насчет военной базы в Антарктиде?»

«Полагаю, вы все же шутите».

«У нас говорят, что в каждой шутке есть доля шутки»

«Интересная мысль. Мне про нацистскую военную базу в Антарктиде ничего не известно. Подумайте сами, сколько времени прошло с тех пор. Если бы такая база и имелась, она давно исчерпала бы все свои ресурсы и погибла».

«Выходит, такое могло быть?»

«Я никогда специально не интересовался этим вопросом.

«А в Аненербе что-то знали о том, что случилось сейчас?»

«Вы имеете в виду Сезон Катастроф?»

«Именно».

«Знание о грядущем Сезоне Катастроф гораздо более древнее, чем вы можете себе представить, господин Брейгель».

«Библия? Апокалипсис?»

Зунн усмехнулся, не скрывая скепсиса.

«Библия – это всего лишь компиляции намного более древней информации. Причем в библейских текстах первоначальный смысл либо сильно искажен, либо вовсе утерян».

Отлично! Брейгель почувствовал, что нащупал слабое место Генриха Зунна! Как и всякий исследователь, он готов был без умолку говорить на интересующую его тему. Жаль только, что общаться приходилось при помощи ПДА, иначе бы дело пошло еще веселее.

«О каких источниках идет речь?»

«Ну, из того, что вам наверняка знакомо, могу назвать шумерские мифы о Гильгамеше и «Беовульфа». Читать, разумеется, следует не отредактированные пересказы, а первоисточники».

Орсон выхватил из рук Брейгеля свой ПДА, который тот уже успел снять с запястья англичанина.

«Но позвольте! «Беовульф» был написан в начале VIII века!»

«В варианте, приближенном к тому, который был позднее записан и дошел до наших дней. Однако это интерпретация более древних мифов».

Брейгель снова завладел ПДА.

«Насколько я понимаю, мифы – это сказки».

Зунн хитро посмотрел на Брейгеля и провел пальцами по подбородку.

«Если, говоря о сказках, вы имеете в виду небылицы, тогда вы ошибаетесь.

«То есть зашифрованное».

«Можно и так сказать».

«Почему нельзя было обо всем сказать открытым текстом?»

«Как вы полагаете, до Эйнштейна многие ли бы смогли понять, что такое черная дыра? Скорее всего, образ был бы воспринят буквально, как некое темное отверстие. Мы же говорим об историях, которые придумывали и рассказывали люди, жившие намного раньше.