Резервация

Должно быть, все, находившиеся внизу, что-то одновременно кричали, и в этом гвалте тонули отдаваемые инструктором приказы, который, пожалуй, единственный не поддался общей панике и пытался как-то сорганизовать и привести в порядок свою команду. Быстро убедившись в тщетности своих усилий, он кинулся в дом.

Забежав в здание, инструктор кинулся к лестнице, ведущей на второй этаж. На бегу он достал из кармана складной радиотелефон и принялся тыкать пальцем в кнопки. То и дело попадая не на ту кнопку, он чертыхался, нажимал кнопку сброса и начинал набирать номер заново.

Взбежав на второй этаж, инструктор упал в стоящее неподалеку от лестницы кресло.

– Слушаю, – раздался в трубке негромкий голос.

– Господин Строп! – возбужденно закричал инструктор. – Это Галкин! Мне срочно требуется помощь!

– Что случилось? – недовольно произнес голос в трубке.

– На нас напали!

– Напали? Кто?

– Не знаю! Но это не бешеные! Их гораздо больше, чем нас!.

– У тебя же есть оружие.

– Они тоже вооружены!

– Что?!

– Нет, у них обычное оружие, – быстро поправился Галкин. – Но они напали неожиданно!.. Мы в критическом положении!.. Нам срочно требуется помощь! Долго мы не продержимся!

– Ты что же, хочешь, чтобы я прислал к тебе отряд комендантов? – Голос в трубке сделался похожим на змеиное шипение.

– Кого угодно! – отчаянно взмолился Галкин.

– Ты, видно, совсем рехнулся, если говоришь об этом по открытой линии. Я знать не знаю, кто ты такой и чем ты там занимаешься.

– Господин Строп!..

В трубке послышались короткие гудки отбоя.

Инструктор со злостью швырнул телефон в стену.

Вскочив на ноги, он выдернул из-под куртки револьвер с большим открытым барабаном и длинным стволом и осторожно выглянул в окно.

Вертушка Медлева, израсходовав всю энергию вложенного в нее броска, в последний раз распорола воздух и упала на землю, вращаясь, подобно юле. Скрытые в ее корпусе пружины отстрелили в стороны лезвия изогнутых ножей, одно из которых вонзилось в руку прижавшегося к стене коменданта.

Трое комендантов упали, пораженные дротиками и сюрикенами, брошенными скрывающимися среди развалин информационниками.

Глаза Хука вспыхнули яростным, почти безумным огнем. Он вскочил на ноги и, широко взмахнув руками, прыгнул вниз. Комендант, рядом с которым он оказался, замахнулся на него дубинкой с острым лезвием на конце. Хук выбросил вперед руку, сжимавшую рукоятку копья.