Источник неприятностей – 3

Онавпечаталась лицом в гладкую поверхность прямо перед мило улыбающейся физиономией демона, нависшего над ней, как громадная гора. Его глаза светились алым светом преисподней. Он с деланным сочувствием помог ейподняться, отлепив от своего стола, даже усадил на кресло и протянул наколдованную рюмку с алым вином.

Никавыпила – даже если бы это была кровь, онабы всё равно выпила её, настолько сильно была ошарашена.

Самое страшное, что она чувствовала – всеми фибрами души, всем существом, – что он не врёт.

Да, издевается, да, наслаждается страданиям, да, получает неземное наслаждением от невольно вылившихсяна свет божий слёз, – но не врёт! Не мистифицирует. А просто говорит правду.

Так вот, насчёт того, что мой сын не может иметь детей, я узнал давным-давно, – демон сморщился, как от горькой микстуры. Его алые глаза постепенно стали обычными чёрными. Впрочем, цвет радужки, как и весь свой облик, он мог менять хоть каждые пять минут. Правда, на работу он, скорее всего, ходил в одном и том же облике, чтобы не объяснять каждое утром охранникам и подчинённым, что он – это он, а не какой-нибудь воришка.

 – И всё снова упирается в то, что я неудачно выбрал мать для своего сына. А может быть, что-то с ритуалом напортачил, не знаю… Или жертв мало принёс. Впрочем, теперь уже поздно сокрушаться по этому поводу, хотя иногда и очень хочется. В любом случае, мой сын – неудачный проект. Но что выросло – то выросло. И я его люблю.

Никас таким недоверием взглянула на него, что он даже рассмеялся.

– Нет, я не вру. Зачем? Леопольдне может иметь детей – это правда. И, быть может, он постарался обеспечить себе наследника другими путями? Магическими? Ника, ты никогда не думала, что твои любовники – Асмодейи этот, как его, Эркюль, не просто так запали на тебя? Или ты считаешь себя неотразимой, красавица? – сардонически заметил он. – Да ведь даже ваша ничтожная Афинав сто раз красивее тебя… И твоей Аллы. Ума не приложу, что мой сын нашёл в ней! Но… Хорошо, что проблема уже не актуальна.

Он сказал это с таким убеждением, так спокойно, что Никазалилась слезами, – ведь это означало, что Аллабольше не вернётся.

Ведьма залпом допила рюмку этого действительно очень неплохого красного вина, так похожего на кровь – ейбыло всё равно, пусть травит, если хочет. Хотя вряд ли он захотел бы так уж сильно испортить свои отношения с сыном.

Всё-таки, он любил его. Никачувствовала, что это тоже правда.