Крутая стерва

Женщина сглотнула.

– Тогда зачем тебе моё согласие? – она пожала плечами.

– Для проформы, милая, – хищно улыбнулся красивый аристократ. – Тем более, я уверен, что тебе это понравится. Мой сын – очень красивый юноша, достигший совершеннолетия. А ты у нас – порочная женщина. И я обожаю тебя за это, – он продолжал ласкать её пальцами, медленно, но неуклонно доводя до оргазма.

Одновременно он целовал и слегка покусывал возбуждённые розовые соски её белоснежной груди.

В этом платье она чувствовала себя просто ужасно.

Мало того, что её заставили нацепить прозрачное одеяние, так ещё и запретили надевать под него нижнее бельё.

Вокруг шеи ей повязали розовый бантик, так что она сама себе напоминала какого-то пуделя. Женщину, естественно, накрасили – постаралась Элеонора. А волосы накрутили, что сделало её ещё больше похожей на крошечную домашнюю собачку, которых любили носить с собой гламурные блондинки.

«Какой-то идиотский у меня вид.

Жуткая помесь Барби, болонки, пуделя и манекена», – с раздражением думала Рита, поднимаясь по лестнице. Леопольд с Элеонорой стояли внизу, наблюдая за ней, точнее, рассматривая во всех ракурсах.

Впервые в жизни Свон пожалела, что у неё идеально красивое тело и молодое лицо без единой морщинки.

«Если бы я выглядела, как де Вилл, меня б никто не попытался завалить! А уж раздвинуть мне ноги точно никому не пришло бы в голову!»

Виктор – восемнадцатилетний юноша – поджидал её возле своей кровати, нетерпеливо кусая бледно-розовые губки.

Она критически осмотрела его: какой-то тощий, словно сидел на диете из одной травы, но, естественно, красивый, как мама с папой – порода обязывала. Как и каждый прирождённый де Ноблэ. И такой же порочный.

От его издевательски-торжествующей ухмылки ей стало не по себе. А от злобного взгляда – ещё хуже.

Да, Леопольд тоже был опасен, но он хотя бы мог себя контролировать. Свою тьму. На первом месте у него всегда стояла выгода: зачем причинять вред красивой игрушке, если ею ещё можно насладиться?

А этот парень… Он мог и сломать «куклу», прекрасно зная, что ему «купят» новую.

Достанут. Чтобы и эта игрушка была сломана безжалостными пальцами и выброшена на свалку.

Усилием воли женщина заставила себя не дрожать.

«В крайнем случае, я могу попытаться сбежать – и плюнуть на свою ужасную работу», – пыталась убедить себя Рита.