Охота на красивого

Они одевались, желая походить на валютных проституток. Очень молоденькие девушки, к тому же ещё одевались безвкусно, комбинируя совершенно не сочетающие оттенки. Их возраст обожал эксперименты над цветами. Иногда она встречала фиолетовые волосы, или же полностью выбеленные чёлки, или же волосы цвета свежей крови. Ей нравились мрачные наряды неформалов: чёрные одежды, массивные ботинки с «тракторной» подошвой на шнуровке, эмблемы известных рок-групп, типа «Агата Кристи», «Король и Шут» и «Ария», у них на футболках или рюкзаках.

Ей нравились длинные волосы: у парней и у девушек. Правда, чаще всего эти дивные волосы были грязными и сальными.

Иногда она сама ловила себя на том, что стреляет глазами по красивым парням, чуть ли не оборачиваясь им вслед. В подобные минуты она ненавидела себя и ощущала страшное, разрывающее грудь одиночество. Тогда ей хотелось, что бы к ней кто-то подошёл, заговорил, пытался познакомиться… Но этого никогда не происходило. Только пару раз к ней приставали такие уродливые и настолько пьяные мужчины, что она с отвращением убегала, чувствуя себя жалкой и несчастной.

Как и все, она мечтала о красавцах. Ей было абсолютно наплевать на деньги: главное – внешность. И что бы он её любил.

Её особенно бесило, когда она видела красивых парней с некрасивыми девушками. Она подозревала у них извращённый вкус… и жалела, что ей так ни разу не попался ни один подобный извращенец с полным отсутствием вкуса. Она была готова на всё, чуть ли не отдаться прямо в холодном парке, лишь бы ОН был красавчик!

И эта жажда красоты была такой же болезненной, жестокой, изматывающей, как и жажда молодости.

Она чувствовала себя совсем старой. Прогулка, вместо того, чтобы освежить её, хоть как-то порадовать, – напротив: истощила, выпила силы, как вампир – кровь.

Осенние дни тянулись серо и уныло, как чужой, нудный кошмар. Воздух постепенно холодел, как тело мертвеца. Серый – стал цветом природы, однообразным и поглощающим все остальные оттенки.

В клочьях влажного тумана тонули убогие скелетики деревьев, постепенно расставшиеся со своими цветастыми уборами-листьями. Они сбрасывали их быстро и решительно, как спешащая любовница – одежду.

Лера сама себе казалась лишь серой тенью, призраком в стае призраков, спешащих на работу и с работы. Безликих, бесцветных, равнодушно-жестоких. Жалких и отстраненных, бездумно-радостных и обдолбаных от спиртного, сигарет или наркотиков. Или от всего вместе.