Паучиха

Или… Может быть, они будут сниматься вместе? Где фотограф?

Карауливший неподалёку Григорий Красавцев быстро подбежал к нему, как собачка, которую позвал строгий хозяин. Разве что лужу не напустил на траву. – Поснимай мне этих двух красавиц.

Девушки с готовностью подбежали к фотографу, начиная извиваться в соблазнительных позах, строить глазки и надувать губки.

Ксана смотрела на них с невольным отвращением. Вэнди с улыбкой поймала её взгляд:

– Да это просто соблазнительные самки. Конечно, хорошо, когда есть любовь… Но иногда хочется получить такие вот доступные тела.

Ксана не удержалась от ещё одной брезгливой гримасы.

– Ладно-ладно, – добродушно отозвалась женщина. – Позже поймёшь… Когда станешь старше.

– И что я такого особенного должна буду понять? – сардонически заметила она, пребывая в плохом настроении.

– Что любовь… Та самая святая любовь, ради которой мы готовы сдохнуть у ног любимых… Кстати, обычно им это не нужно. Что эта любовь… Сводиться, в конце концов, к обладанию прекрасным телом.

Любой ценой! Даже за деньги. А душа… Да плевать мне на душу! Женщина обняла её за плечи:

– Ну, не дуйся, красавица! Твоя красота не увянет долго, поверь мне на слово! Ведь ты не таскаешься по дискотекам, ночным клубам, не куришь, редко пьешь. Ведь я права? Я правильно угадала твой характер?

– Да, вы были очень точны в описании моих качеств, – сдержанно заметила Оксана. Она ощущала только тупую усталость.

***

Вечером Слава не пришёл ночевать и, как подозревала Ксана, развлекался с теми двумя моделями, которым дал работу, и которые теперь не могли ему ни в чём отказать.

Где-то часа в два ночи, в дверь тихонько постучали.

– Слава? – неуверенно произнесла девушка, зная, что у парня есть ключ.

"Может, он его где-то посеял? С него станется!"

– Это я, Вэнди, можно войти? – ответил ей приглушённый, совершенно очаровательный женский голосок.

Девушка с недоумением отперла дверь. Вэнди изящно проскользнула внутрь, как змея. Одетая в длинное серебристое платье, с каштановыми волосами, распушенными по плечам, на высоких белых босоножках – она казалась прекрасной лесной мавкой.

От женщины исходил свежий аромат духов, напоминающий аромат роз с ноткой камелий и ландышей.

– Извини, что я тебе разбудила… – начала она довольно смущённо.

– Да нет, я не спала. Своего хахаля дожидалась, – с раздражением призналась Оксана.

Женщина недоумённо наморщила лоб:

– Извини, что?

– Ах, я снова перешла на русский… Извини.