Паучиха

Блин, я же и забыл, что тебе уже двадцать три, а в таком возрасте, если лишаешься невинности, могут быть травмы и сильные кровотечения!

Вскоре он уже вёз девушку в частную клинику, радуясь, что ночью можно было разгоняться до бесконечности, потому что не было пробок.

– Ну что я могу сказать? – размеренным, спокойным, деловым тоном проговорил высокий, худощавый мужчина в белом халате. – Ты очень вовремя спохватился – девушка потеряла слишком много крови и могла умереть. Ты очень грубо её дефлорировал, если бы она упорно не твердила, что всё произошло по обоюдному согласию, я мог бы заподозрить, что ты её изнасиловал.

Врач проницательно поглядел на него из-под узких очков. – Ты очень легко отделался, мой друг! Кончай с этими делами, а то однажды сядешь!

– Сам знаю! – огрызнулся Слава, отвернувшись. Он не любил, когда ему читали нотации. – С ней всё будет в порядке?

– Да, кровотечение мы остановили. Но она должна несколько дней у нас полежать.

– Я всё оплачу, – быстро заявил Слава, глубоко вздыхая от облегчения.

 – Ещё раз большое спасибо! С меня бутылка хорошего коньяка и пончик!

– Договорились. – Они пожали друг другу руки.

***

– Как у тебя дела? – заботливо спросил Слава, заходя к Оксане в палату. Девушка лежала на кровати с таким равнодушно-холодным выражением лица и пустыми глазами, что казалась мёртвой. Тёмные волосы разметались по подушке, подчёркивая бледное, обескровленное лицо.

Она с трудом попыталась улыбнуться, ловя его взгляд:

– Спасибо, ничего.

Живая.

– Прости, что так получилось. Я не хотел так сильно тебя травмировать, – напряжённым тоном произнёс он. Видно было, что ему на самом деле неловко, что он боится. Боится, как бы она не подала на него в суд за изнасилование, ведь она была юристом.

– Отвези меня домой, – попросила она тихим голосом. – Я понимаю, что сама виновата, я сама спровоцировала тебя, я слишком много позволила тебе…

– Извини. Даже не знаю, что сказать.

– Тогда лучше молчи, – злым тоном продолжила она, вставая.

 – Лучше отвези меня домой, ты ведь на машине? Скажи, а Валя знает, что у меня началось кровотечение? Я понимаю, она заботилась обо мне, попросила тебя лишить меня девственности… Я вас не обвиняю, виновата только я сама, – говорила девушка, массируя пальцами виски и тупо глядя в пустоту. Измождённое, исхудавшее лицо без косметики казалось страшным ликом призрака. – Я звонила по мобильному моему шефу, он меня повысил, теперь я ещё и консультант по красоте.