Ведьма в беде

На самом деле девушка понимала резоны матери, желающей поскорее сплавить хотя бы одну из дочерей, причём, без приданного. Но всё равно ощущала боль от предательства, несмотря на то, что понимала: умелый прохвост Джим мог обвести вокруг пальца не только деревенскую дурочку.

Прикрыв глаза ресницами, Арина подумала о том, что письмо уже где-то летит вместе с голубем, парит в небесах, словно молния, которая вот-вот пронзит несчастную жертву.

Её жертву. Так как письмо она прокляла неудачей. Любой, кто коснётся конверта и самого письма, на несколько лет станет полнейшим неудачником.

И, скорее всего, даже не доживёт до снятия проклятия.

Наконец в дверь предварительно отпертого ею купе постучал проводник и зычным голосом напомнил, что вскоре поезд подъезжает к конечной станции.

Её передёрнуло, так как она подумала, что если бы не ведьминский дар и кое-какие мозги, доставшиеся по наследству точно не от отца или матери, а от дальних предков, то эта станция точно бы стала для неё конечной.

Наконец поезд остановился с жутким скрипом и едва ли не подвываниями множества старых вагонов, которые держались лишь из-за упрямства когда-то сделавших их мастеров, вложивших в них душу.

Надев на плечо сумочку и взяв в другую руку маленький и потертый чемоданчик, в котором было очень мало вещей, Арина направилась к выходу, ощущая, как бьётся в груди сердце, как его удары отдаются пульсом в руках, заставляя дрожать пальцы и покрываться холодным потом.

Впервые она обрадовалась, что на ней эта несуразная шляпа, скрывающая лицо, в которое было так же сложно заглянуть, как и в дом через печную трубу.

Стекающий от волнения и жаркого, спёртого воздуха пот заливал глаза, а также увлажнил платье под мышками и в районе спины.

Как и многие другие простолюдины, она отошла в опустевшие купе, когда мимо к выходу с чопорным лицом прошёл Джим, удерживая за безвольную руку Джейн в её облике. Кинув на неё косой, равнодушный взгляд, девушка кинула в её сторону небольшой сундучок.

Арина ловко поймала его на лету, радуясь рефлексам, приобретённым во время охоты и учёбы у лесной ведьмы.

Вчера у неё уже не было сил возвращаться в родное купе и забирать сундучок с наспех сделанными настойками, собранными травами и другими, полезными для ведьмы мелочами.

Конечно, большую часть вещей, так или иначе относящихся к запрещённому ведовству, ей пришлось оставить в хижине старухи, которую никто, кроме неё, всё равно не сможет отыскать в дремучем лесу.