Забытый мир

Она приоткрыла рот, прикусила нижнюю губу и явственно сглотнула. Зрачки её расширились, отчего она напомнила ему охотящуюся рысь или пуму.

– Какая чудесная вещичка! – воскликнула она, всплеснув руками. – Золотое колечко, да?

– Бронза или латунь, – пожал плечами Ари, не понимая ажиотажа девицы. Особенно, учитывая, что на ней как раз было много украшений из настоящего золота. – Камень – малахит. Сейчас его невозможно отыскать во всём СНД, выкопали ещё до революции, наверное, и половину продали буржуям.

Так что для меня этот камешек – величайшая драгоценность. Не алмаз с орех величиной, но что-то в этом роде. Хотя тут дело не в камне, а в памяти.

– Наверное, поклонница подарила? – неожиданно мрачно предположила девушка, и Ари с удивлением осознал, что даже не поинтересовался её именем.

– Нет, мама.

Парень не стал уточнять, что мать просто оставила кольцо, как и его самого, как нечто ненужное, убегая от постылой и бедной жизни в обеспеченную и счастливую. Когда он навещал отца и видел его пьяным, почти не подающим признаков жизни на полу в зловонной луже, то он понимал её.

А вот простить не мог. Потому что искренне считал, что в жизни надо делать не то, что легко, а то, что правильно.

Не так давно он попросил близкого знакомого заставить отца закодироваться. И пригрозил, что иначе застрелит его, когда вернётся с фронта. И добавил, что терять ему, кроме жизни, нечего. Богатств не нажил, девушки не было, ничего, за что бы можно было уцепиться.

Отец поверил, но постоянно жаловался любопытным соседям на тирана-сына.

Но Ари было всё равно, даже если бы папа его возненавидел. Он предпочитал знать, что тот жив. И ему не были нужны поддержка, проявление любви и заботы. Обходился же он без этого всю свою жизнь. И ничего, не умер.

В какой-то момент Ари показалось, что отец мечтает о том, чтобы его убили на фронте. Чтобы иметь возможность сразу начать пить, когда срок кодировки закончиться. И назло начал принимать таблетки, уничтожающие тягу к алкоголю, но способные привести к суициду.

Аристарху и на это было наплевать, так как он не очень верил в загробную жизнь, и ему было всё равно, что произойдёт после его смерти с теми, кто останется.

Девушка просветлела лицом, нежно улыбнулась, сладко посмотрела на него:

– Я Кристина, приятно познакомиться! Работаю в городской библиотеке, единственной и неповторимой. Потому что в нашем городке она одна, – криво усмехнувшись, пояснила она.