Твоя маленькая ложь

 – Зачем ты приволок меня сюда? Ты даже не спросил, есть ли у меня планы на этот день! Может быть, я была занята?

– Странно, – задумчиво произносит он, – обычно маленькие девочки радуются, когда их привозят в парк аттракционов.

Он продолжает идти, как ни в чем не бывало, как будто совсем не видит в происходящем что-то из ряда вон выходящее, выводя меня из себя.

– Ты несносен! – кричу я ему в спину, останавливаясь посреди парковки, и с рыком злости топаю ногой по асфальту.

Парень резко останавливает свой ход в нескольких метрах от меня и, разворачиваясь ко мне лицом, одним движением руки спускает темные очки на глаза.

Несколько паршивых секунд он продолжает стоять на месте, пряча руки в карманах темных слаксов. Спустя мгновение он резко подается вперед, быстрым шагом за считанные секунды оказываясь передо мной и, хватает меня за бедра, без труда погружая на свое плечо.

– Какого черта? – недоуменно кричу я, пытаясь барахтаться во все стороны, но парень продолжает крепко удерживать мои ноги, пока мой живот упирается в его плечо.

– Я думал ты будешь потяжелее, – со смехом отзывается он, продолжая идти со мной на плечах, как ни в чем не бывало. – А ты оказывается костлявая.

– Еще чего! А, ну быстро отпусти меня! Я вообще-то в платье! – на всю улицу кричу я, барабаня руками по его крепкой спине.

– Не волнуйся, я за всем прослежу, – доносится до меня его глухой смех.

– Это не очень удобная поза для прогулки! – как можно громче говорю я и, поднимая голову вверх, улавливаю веселые взгляды прохожих мимо людей.

 – Отпусти меня! Это не смешно!

– Принцесса, не волнуйся, я потом покажу тебе удобные позы, – сквозь смех проговаривает Макс, еще крепче сжимая мои ноги.

Толпа китайцев, которые только что вышли из парка, массово принимаются фотографировать нас словно какую-то достопримечательность с широкими улыбками на лице. Ну, конечно, каждые двадцать лет во время отбора Копенгаген наполняется массой туристов из разных стран, чтобы своими глазами узреть таинственного принца.

– Заткнись, – сквозь смех кричу я, переставая нелепо барахтаться, словно навозный жук.

– Ты сама виновата, нечего было останавливаться посреди улицы и топать ногами, – говорит он, медленно опуская меня на асфальт возле огромных каменных ворот горчичного цвета с надписью «TIVOLI» и возведенным государственным флагом на шпиле.