Черный, Белый, Бежевый

– Нет, не показалось. Я высоту никогда не путаю, ее же видно, из-за ниточек…

– Ну ладно, тридцать. И что? Еще интереснее! Погоди-ка…

Луцик вскочил, порылся почему-то в моей сумке и вытряхнул из нее свернутую трубочкой карту Лины.

– Ты чего?

– Сейчас посмотрим, где этот Дребезг… Так, один малый чпок карты соответствует одному ускачу… Не так и далеко: мы в горах, а он, получается, в предгорьях, ускачей за пятьдесят отсюда. Слушай, давай туда наведаемся?

– И говорить не о чем, – мотнул головой я.

 – Ни за что не пустят.

– Фу ты… И кто из нас черный маг?! Ты по своим ниточкам перенесись, а я за тобой, ага?

– Не ага. Я не умею переноситься по ниточкам туда, где не был. И ни один маг не умеет.

Луцик задумался, но ненадолго: через миг его осенило:

– Ну тогда давай туда вначале так просто съездим! Подлижемся к Вану-болвану, скажем, что очень интересуемся старинными городами и хотим в Дребезг на экскурсию. Ага?

– Не буду я к нему подлизываться.

– Ладно, я сам с ним поговорю, ты только не возражай, идет? На экскурсии будем вести себя хорошо, никуда не убежим.

А потом из дома уже перенесемся туда по ниточкам. Ну, идет?

– Неа. Как перенесемся? Я-то перенесусь, а ты?

– Ты меня можешь с собой взять!

– Не знаю, я еще не пробовал… Там рассчитывать надо.

– Значит, рассчитаешь! Ладно, в общем, договорились. Давай мне химию списать, а ты на математику.

Я молча отдал Луцику свою тетрадку, а сам принялся списывать с его тетради задачу и одновременно думать, не значит ли это все, как говорил папа, что я опять иду у Луцика на поводу и ввязываюсь в ненужные приключения? Да нет, вроде мне и самому интересно, что там за странная штука в Дребезге… Или это потому, что Луцик сказал? По привычке я прикрыл глаза, искоса взглянул ими на друга и пошевелил пальцами, будто хотел пощупать какие-то ниточки.

В ушах раздался шорох, и вдруг перед моими глазами встала странная картинка, которой я раньше никогда не видел при колдовстве: никаких ниточек, вроде бы, не было, но вместо этого каждый предмет вдруг будто расплылся и размножился на много-много своих же изображений. Изображения эти, чуть меняясь по ходу, уходили от предметов в бесконечную даль. За Луциком тоже сидел ряд прозрачноватых Луциков в разных позах. Я немного растерялся, но попытался проследить этот ряд, как ниточку. Не тут-то было: изображения тут же запутались, я выпустил их и быстро открыл глаза, вздрогнув от чувства жуткого падения.