Истории города Онса

– Вот не было печали, – завздыхал Иваныч, быстро хватая меня за лямку комбинезона. – Неучтенка какая-то открылась. Давай уж выйдем скорее, отметим ее…

Мы выскочили на серый гранитный пол, и поезд почти сразу же захлопнул двери и уехал. Его исчезающий в туннеле хвост открыл на стене большую надпись металлическими буквами: «Мантила».

– Станция «Мантила»! – воскликнула я, даже подскочив от возбуждения. – Здесь раньше жил Нараск!

– «Мантила»? – Олег прищурился, вглядываясь, и заключил:

– Тьфу ты, не разглядел.

И чего выходили, надо было сидеть.

– Почему это?

– Да потому что станция-то уже описанная десять раз, только у нее постоянной локации нет. Вечно в неподходящий момент на любой линии возникает.

– Ой, а уехать-то с нее обратно можно?!

– Да можно, можно, только лучше на вагонетке: поезда с нее черт знает куда завозят, блуждай потом… А вагонетка тоже разными путями, конечно, идет, но всего четырьмя, а не сотней.

– Иваныч, а ты в самой Мантиле был? – спросила я.

 – Можно туда за сувенирами сходить? Там не опасно?

– Да нет, не опасно, такой же город, как наш. Только чего время терять?

– Ну пожалуйста! Я всегда хотела посмотреть, где Нараск родился! И редкое такое место, не всегда попадешь! Может, тут сувениры будут какие-то оригинальные!

– Да сувениры-то наши все на обыкновенность не жалуются, – рассмеялся Олег. – Ну ладно, давай сходим на часок. Только фонарик достань заранее.

– Зачем?

– А там, говорят, как ни выйдешь, поздний вечер бывает.

Фонарик я послушно достала из кармана над коленкой и включила еще на коротком эскалаторе, ведущем вверх. Оказалось, сделала совершенно правильно, потому что потолок станции исчез, сменившись темно-синим небом, и эскалатор безо всяких дверей и лестниц вывез нас наружу, под лунный свет.

Здесь действительно был то ли поздний вечер, то ли уже ночь – в чистом небе помигивали звезды и висел толстый месяц. Мы стояли на бетонной площадке, за которой начинался горбатый каменный мост, ведущий через неширокую речку.

Мост ничем, кроме луны, не освещался, зато за ним поднимались дома и башенки со светящимися окнами и с круглыми фонарями на шпилях острых крыш.

– Ой, как тут, оказывается, красиво! – воскликнула я.

– А чего удивительного-то? – поинтересовался Иваныч. – Я же говорю, что город вроде нашего Онса.

– Ну да… Просто Нараск как-то так о нем рассказывал…

– Да мало ли, – оборвал меня Иваныч.