Я вижу тебя изнутри

По ходу дела Нубис вызвал еще и Кирцу, которая, сияя кислотно-зеленым балахоном, пристроила к парню мобильную систему для очистки крови – излишки лейкоцитов нужно было срочно убрать, чтоб не начался сепсис. Прозрачные кольцевые шланги системы вскоре окрасились красным: кровь пошла чиститься, но Катя знала, что это небыстрый процесс. Нубис с Кинецием закончили быстрее, опустили натруженные воздушным «дирижированием» руки и открыли глаза одновременно с больным. Несчастный парень, хоть и весь замученный, был, несомненно, в сознании.

Лицо его даже немного порозовело, и сыпь на руках опала.

– Помогите… – прохрипел он жалобно.

– Мы этим и заняты, – проворчал Кинеций: он был еще постарше Нубиса, ходил всегда в черном и немного напоминал ворону. Неудивительно, что его карканье парнишку не ободрило: тот перевел полный надежды взгляд на Катю. Та неловко улыбнулась, помахала ему, будто он куда-то уезжал, и, с облегчением отвернувшись, обратилась к Нубису:

– И как он теперь без иммунитета будет?

– Без иммунитета он будет жить, – резонно ответил черный маг.

 – Пока мы не разберемся, в чем дело. Восьмой доктор Астис, переводите его в пятую палату к другим больным.

Случай с пареньком взбудоражил всю больницу. Врачи несколько раз собирались на мини-консилиумы и пытались понять, почему при полном отключении иммунитета болезнь не добила больного, а наоборот, отступила. Значит, это не вирус? Но откуда же все признаки заражения? Они даже провели осторожный эксперимент, попытавшись включить костный мозг обратно.

Тут же зашкалила температура, полезли лейкоциты, и больше эксперимент не повторяли. Но Нубис был прав: отрубленный иммунитет – это, конечно, не выход, а временная мера для выживания. И, учитывая, что нужно было постоянно находиться под стерильным воздушным колпаком, а имеющиеся в теле «родные» бактерии так и норовили воспользоваться случаем и размножиться, – мера не такая уж хорошая. Так что другим больным костный мозг пока отключать не стали: их состояние не было критическим.

Катя вместе с остальными лаборантами вдоль и поперек осмотрела взятые у многострадального паренька кусочки костного мозга. В них не нашлось ничего интересного, да и кровь ничем не удивляла, кроме лейкоцитов.

– Какой-то искусственный лейкоз, – сказала она. – Но ведь и лейкоза нет, мозг здоровый… Удивительная хрень.

– Образцы костного мозга у других больных такие же чистые, – вздохнула черная магиня-лаборантка.