Настоящее сокровище Вандербильтов

Образ человека, который не вернется, чтобы спасти ее. В последующие недели после его смерти на убитую горем Эдит удары сыпались один за другим. Выяснилось, что деньги – по крайней мере, те, к которым она имела доступ – почти на исходе. На имя Корнелии был открыт крупный доверительный фонд, но распоряжаться им она сможет только по достижении двадцати пяти лет, когда станет законной владелицей Билтмора. Пока же то, что у них оставалось, не покрывало даже суммы, которые Джордж отписал в завещании в наследство другим людям.

К тому же он, без ведома Эдит, заложил их дом на Кей-стрит в Вашингтоне. Нужно было столько всего сделать, спасти, просчитать, однако она не в силах была взяться за дела – могла только скорбеть.

Эдит легла рядом с измученной изнуренной дочерью, свернулась калачиком под плотными тяжелыми простынями, которые Джордж приобрел еще до знакомства с ней, и стиснула усталую руку Корнелии.

– Мама, я чувствую, что он здесь.

А ты? – с надеждой в голосе спросила девочка.

– Я тоже, Нелли. Я тоже. – Помолчав, Эдит добавила: – Я чувствую его присутствие всюду.

Но она лгала. И это было больнее всего. Билтмор напоминал ей о Джордже. Иначе и быть не могло. Но она не слышала голоса мужа, не чувствовала его. Эдит не знала, что существует по другую сторону жизни, но за последние годы ее судьба тесно переплелась с судьбой мужа, и она была уверена, что он будет оставаться с ней даже теперь, после кончины.

Но Джордж просто исчез – внезапно и безжалостно. Покинул ее в тот момент, когда она особенно в нем нуждалась.

В постель к хозяйкам запрыгнул Седрик, их огромный сенбернар. Что при обычных обстоятельствах псу строго воспрещалось.

Эдит рассмеялась.

– Я говорила тебе, что, по словам друга твоего отца Генри Джеймса, у Седрика со Сноу шерсть лезет, как у белых медведей?

Корнелия подхватила смех матери.

Эдит радостно было слышать, что ее дочь снова смеется. Вообще-то, она не терпела собачью шерсть в спальне, но сегодня женщинам Билтмора компания еще одного живого существа была просто необходима.

Наконец Эдит услышала тяжелое дыхание Корнелии и Седрика, перенесшихся в своих снах куда-то в более счастливые края и времена. Тогда она сошла вниз по парадной лестнице и позвонила прислуге, чтобы ей принесли чашку чая в библиотеку.