Ведьмин дом

Мама частенько плакала, глядя на неё, а отец чувствовал себя виноватым, ведь он не уберег хрупкое дитя. Порой он говорил, что следовало выкрасть Анну и отвезти в наше родовое поместье, но прекрасно осознавал: за такое сажают. Поэтому каждый раз, смотря на Энн, мама и папа не могли сдержать эмоции, потому что любили и жалели её.

В двадцать четыре года Анна Хардман превратилась в шикарную женщину с дивным лицом, в котором отражалась тайная грусть. Она решила стричься под каре, и медные прямые волосы чудно подчеркивали её широкие нижние скулы и длинную шею.

Она красила веки золотыми и коричневым тенями, делая серые, далеко посаженные глаза темнее. Анна ненавидела тонкую верхнюю губу, доставшуюся ей от матери, поэтому рисовала карандашом жирную линию на арке купидона, чтобы та казалась толще. Ещё ненавидела вздёрнутый нос, как у отца, и хотела сделать пластическую операцию. Не любила смотреться в зеркало, хотя была красивой и высокой, только слишком худой, отчего постоянно напоминала мне о девочке, которую я увидела на скамейке в дождливый день.

Анна Хардман – добрейший человек, чей весёлый нрав скрывался за плотной стеной, выстроенной из травм.

В год, стёртый из моей памяти, случилось чудо. Первым клиентом на Таро вызвалась Энн. В её голове калейдоскопом кружили идеи, и одна из них не давала покоя.

Грязный Гарри Хардман подарил Анне швейную машинку, и, будучи запертой в комнате, Энн с восьми лет штопала платьица и костюмы для кукол. Ей понравилось возиться со тканями, и хобби помогало отвлекаться от гнусных мыслей, пускающих корни в неокрепшую, измазанную похотью отца душу.

Хобби переросло в заработок, пускай и небольшой, но Энн получала деньги за шитье детской одежды, которую шила руками для продажи малоимущим семьям.

Давняя мечта маленькой Анны Хардман убежать подальше сбылась лишь на половину. А у взрослой Энн появилась другая мечта – открыть бутик с одеждой, разными вещичками и игрушками для детей. Почему именно для детей? Потому что однажды в десять часов вечера, когда Мейда-вейл тонул под дождем, к ней подошла девочка с коробкой, в которой лежала кукла с кучей одежды.

Одна маленькая коробка породила огромную мечту. И стоило мне начать делать расклады на Таро, как Энн поинтересовалась, а не открыть ли ей бутик?

Анна Хардман не имела семьи по крови, но имела другую семью. Меня, моих родителей, Жужу и Оли. Она доверяла нам и стремилась добиться всего сама. Весьма похвально. Однако если предлагают помощь, нужно её принять.