Чужой: Река боли

Она хотела, чтобы этот тип ушел, оставив ее наедине с Джонси, ее болью и тем, что было внутри – в ее памяти, с той страшной угрозой, которую еще только предстояло понять.

Но он был из Компании, а значит пришел не просто так.

– Рад видеть, что вам уже немного лучше, – продолжил поток лести Бёрк. – Мне сказали, что ваша слабость и растерянность скоро пройдут. Это просто естественные побочные эффекты от необычно долго гиперсна, – он пожал плечами. – Что-то в этом роде.

«Так вот в чем дело, – подумала Рипли.

 – Значит, правда уже близко. Не могло же все сложиться так хорошо! Не так уж мне и повезло».

– Что вы имеете в виду? – спросила она. – Сколько я проспала?

Лощеность Бёрка внезапно исчезла, и он, похоже, резко почувствовал себя не в своей тарелке. Льстивым он нравился Рипли больше.

– Вам еще не сказали? – спросил он.

– Нет, – ответила Эллен. – Но… – она еще раз посмотрела в окно. – Я не узнаю этого места.

– Понимаю, – сказал Бёрк. – Э-э… ладно. Просто это может вас шокировать.

«Сколько?» – подумала Рипли, и перед мысленным взором у нее встала Аманда.

– Дольше, чем… – начал он.

– Сколько? – не унималась она. Аманда, в ее мыслях, плакала. – Прошу вас.

– Пятьдесят семь лет, – сообщил он.

– Что?!

Нет, нет, ни за что, это невозможно, это не…

Но члены экипажа в ее памяти превратились в блеклые образы, словно слова, которые вертятся на кончике языка. Только не Эш – он будто был еще здесь.

– В том-то и дело. Вас не было пятьдесят семь лет.

Вы дрейфовали по базовым системам, и вам… в самом деле очень повезло, что команда спасателей вас обнаружила.

Сердце Рипли забилось быстрее.

Пятьдесят семь лет.

Аманда отвернулась от нее, теряя четкость, превращаясь в тень воспоминания, точно как ее старый экипаж.

«Нет! – пронеслось у нее в голове. – Аманда! Я через столько прошла, чтобы вернуться к тебе, и…»

А через что она прошла? Тяжесть внутри пульсировала, почти играя намеками на неприятное, сокрушительное откровение.

– Шанс на это был один из тысячи, – продолжил Бёрк, но его голос теперь звучал более отдаленно, казался менее значимым. – Вам чертовски повезло, что вы остались в живых, детка.

Детка. Так она называла Аманду. Рипли попыталась позвать ее сейчас, но голос пропал, и дочь была для нее потеряна.

Потеряна.

– Вы могли прозябать там целую вечность…

Его слова повисли в воздухе, весь их смысл померк перед тем, что творилось внутри нее.