Байки старой Луизианы

–Прошу вас, сядьте! Перестаньте пугать других пассажиров! Причин для волнения нет, это обычная турбулентность! Это совершенно нормально! Скоро мы выйдем из этой зоны, и самолет полетит более плавно.

Успокоив наконец пассажиров, стюардесса пошла в хвост самолета, прислонилась к стене и устало прикрыла лицо ладонями.

Джеймс поднялся со своего места и подошел к ней.

–А теперь, между нами, что происходит?

–Ничего страшного, сэр, можете вернуться на свое место, скоро…

Она подняла глаза и встретилась взглядом с Джеймсом.

Этот взгляд заставил ее тут же забыть свою заученную речь.

–Мы попали в эпицентр грозы.

Джеймс окинул взглядом салон. Большая часть пассажиров уже успокоились и даже пытались переговариваться, нервно смеясь над шутками своих собеседников.

–И чем это нам чревато?

–Если мы сможем выйти из грозового облака, то все будет хорошо. Если же нет…ну, мы оба знаем, чем это тогда закончится.

Полная дама лежала на своем сиденье в полуобморочном состоянии.

Видя, что ее старания не оправдываются, и другие пассажиры ее не поддерживают, она решила поберечь силы для новой попытки.

Джеймс внимательно посмотрел на стюардессу и кивнул в сторону женщины.

–И как вы думаете, сколько времени у нас есть до новой волны паники?

–Если самолет будет качать так и дальше, то совсем немного.

–Что тогда будете делать?

–А что еще остается? Попытаюсь снова ее успокоить.

Джеймс посмотрел на ее замученное лицо.

–Но вы же не можете делать это вечно.

Нельзя ли как-то узнать, скоро ли мы покинем зону грозовой активности?

Стюардесса фыркнула.

–Это неизвестно. Мы не можем узнать размер грозового облака. Остается только надеяться, что это скоро закончится.

–Это довольно сомнительный план.

–Другого нет, и мы ничего не можем с этим поделать. А сейчас я попрошу вас занять свое место. Кажется, эта дама начинает свое очередное выступление.

4

Джеймс сошел с трапа на темное поле, тускло освещенное сигнальными огнями.

За ним на нетвердых ногах, качаясь, шли остальные пассажиры.

Полет выдался тяжелым, и Джеймс догадывался, что большинство пассажиров предпочтет больше никогда не доверять свою жизнь самолетам.

Что касается самого Джеймса, то он видел вещи и похуже. И одного страха разбиться было явно недостаточно, чтобы сломить его.

Джеймс никогда не понимал людей, которые, ограничивая себя своими же страхами, отказываются от стольких радостей жизни.