Грязная работа

И великие державы Азии бежали к лестнице.

Чарли растирал левое запястье, где руку пережало целлофановым пакетом.

– Так что, мама назвала вас в честь рекламы полоскания?

Мистер Свеж теперь отчего-то не казался непрошибаемым, как полагается человеку таких габаритов.

– Вообще-то, зубной пасты, – ответил он.

– Серьезно?

– Ну.

– Простите, я не знал, – сказал Чарли. – Но вы же могли его поменять, правильно?

– Мистер Ашер, против своей сути продержишься недолго. В конце концов просто смиряешься.

Моя суть в том, что я черный, во мне семь футов росту – однако я не в НБА[37 - Национальная баскетбольная ассоциация США.], – меня зовут Мятник Свеж и я забрит в Торговцы Смертью. – Он вздернул бровь, словно обвиняя Чарли. – Я научился принимать такое и радоваться.

– Я думал, вы скажете, что голубой, – произнес Чарли.

– Что? Необязательно быть голубым, чтобы одеваться в зеленое.

Чарли поразмыслил над мятно-зеленым костюмом мистера Свежа – из сирсакера и не по сезону легкий – и ощутил некое сродство душ со столь освежающе поименованным Торговцем Смертью.

Сам того не ведая, Чарли распознавал признаки другого бета-самца. Разумеется, бета-геи существуют: бета-любовник высоко ценится в голубом сообществе, потому что его можно выучить одеваться, однако всегда остается относительная уверенность, что у него не разовьется собственное чувство стиля и он не станет роскошнее вас. Чарли сказал:

– Наверное, вы правы, мистер Свеж. Простите меня за такое допущение.

Приношу извинения.

– Все в порядке, – ответил мистер Свеж. – Но вам действительно пора.

– Нет, я все равно не понимаю, как мне определять, кому достанутся души. То есть, после того как это случилось, в лавке у меня оказались всевозможные сосуды, о которых я и понятия не имел. Как мне узнать, что я не продал человеку такое, что у него уже есть? А если у кого-то соберется комплект?

– Такого не может быть. По крайней мере, насколько мне известно. Слушайте, вы сами поймете. Поверьте мне на слово.

Когда люди готовы получить душу, они ее получат. Вы когда-нибудь изучали восточные религии?

– Я живу в Китайском квартале, – ответил Чарли, и хотя в строгом смысле это было вроде как правдой, на мандаринском диалекте он умел говорить ровно три фразы: “Добрый день”, “Крахмала поменьше, пожалуйста” и “Я невежественный белый бес”, – всему этому его научила миссис Лин. Сам он полагал, что последняя фраза переводится как “И вам доброго утречка”.