Подержанные души

Потом уже Одри принялась обшаривать лавки Китайского квартала и выискивать такие части животных, что придали бы каждому существу отличие, примерять друг к дружке разные конечности, проверять их на действенность, а на белок пускала сначала свежее мясо, затем копченое, после чего душа лепила из них уникальное живое существо.

– Мироздание всегда стремится к порядку, – как-то сказала Одри. – Беличий Народец – то, как он возник, – лучшего тому примера мне не попадалось.

– Ага, или же это черная магия и жуткая некромантия, – ответил тогда ей Чарли.

Одри стукнула его по кончику исполинского члена вилкой – он счел, что это как-то не по-буддистски, о чем ей и сообщил.

– Буддистские монахи изобрели кунг-фу, Чарли. Так что не полощи нам мозги.

– Эй, Боб! – крикнул сейчас Чарли в глубину коридора. – Это Чарли. Мне нужно с тобой поговорить.

На самом деле ему вовсе не нужно было говорить, что это Чарли, поскольку они с Бобом были единственными в своем роде, кому Одри сконструировала голосовые связки.

После Чарли же она убедилась, что отнюдь не спасает души, создавая из них Беличий Народец, а вовсе даже останавливает их в кармическом развитии, поэтому Чарли у нее был последним.

Улица компьютерных мониторов ветвилась на полудюжину различных проходов, каждый из своего материала. Чарли нырнул в тот, что, похоже, сконструировали из пластиковой сточной трубы, и пошаркал по всей его длине, загибавшейся то туда, то сюда, пока с дальнего конца трубы до него не стали доноситься голоса.

Голоса?

Приближаясь к концу прохода, он шел все медленнее, пока не остановился и не выглянул в обширное помещение, куда труба эта впадала. Беличий Народец выкопал здесь амфитеатр – под домом, футах в десяти ниже уровня улицы, и пещера эта была крупнее большой гостиной наверху. Теперь Чарли смотрел сверху на многочисленную группу народца, окружавшую помост в середине – его, похоже, сделали из старого оркестрового барабана.

Как удалось им все это сюда втащить так, что никто не заметил?

На барабане в своем ярко-красном мундирчике мясоеда стоял Боб, воздев над головой могучую виложку, как будто та была посохом Моисея.

– Вносите голову для Фтиба! – крикнул он.

– Вносите голову для Фтиба. Вносите голову для Фтиба, – нараспев затянул Беличий Народец.

Из другого прохода вынырнули парнишка с головой игуаны в треуголке и девочка-белочка в розовом бальном платьице.