Эрагон. Возвращение

Потом искоса глянул на Рорана и спросил: – Так насчет чего ты хотел со мной посоветоваться?

Роран горестно рассмеялся:

– Скажи, как мне убедить Слоана? Как разрешить эту задачу, не настроив против себя и Слоана, и всю деревню?

– А у тебя самого никакого плана нет?

– Есть, но он мне не особенно нравится. Я думал, что можно просто взять и объявить Слоану, что мы с Катриной помолвлены – хотя на самом деле это и не так, – а дальше уж разбираться с последствиями. Может, тогда Слоан согласится, чтобы мы обвенчались.

Балдор нахмурился и осторожно заметил:

– Может быть. Только учти: по Карвахоллу непременно поползут всякие гнусные сплетни. Да и твой поступок мало кто одобрит. Кроме того, ты поставишь Катрину перед выбором: ты или ее отец. По-моему, это не слишком хорошо; и со временем она из-за этого может тебя просто возненавидеть.

– Я понимаю, но разве у меня есть выбор?

– Погоди. Прежде чем решиться на столь опасный шаг, надо, мне кажется, все-таки попробовать завоевать расположение Слоана.

А вдруг тебе повезет? Вдруг через некоторое время он поймет, что никто больше не хочет свататься к его сердитой дочери, раз она всех женихов разогнала? Вот тут-то ты и окажешься под рукой!

Роран поморщился и уставился в землю. Балдор рассмеялся:

– Да ладно! Если это не удастся, можно, конечно, и твой план задействовать – только уж наверняка зная, что все прочие способы ты уже исчерпал. Да и люди тогда вряд ли станут так уж тебя осуждать, даже если вы с Катриной и нарушите традицию – всем ведь будет известно об идиотском упрямстве Слоана.

– Этот способ тоже довольно рискованный.

– Ничего, ты же с самого начала знал, что вопрос со Слоаном так просто не решить. – Балдор слегка помрачнел. – Хотя, конечно, в деревне будет много разговоров, если ты бросишь вызов не только Слоану, но и традиции. Впрочем, в конце концов все непременно уляжется! Какое-то время вам придется нелегко, но, по-моему, ради такого дела стоит потерпеть. И вообще – кого ты можешь так уж особенно оскорбить, если не считать Слоана? Разве что таких «блюстителей нравственности», как Квимби.

Вот ведь чего я понять не могу: как это Квимби умудряется варить такой крепкий эль, оставаясь таким кислым и чопорным?

Роран уныло кивнул. Он знал, что ворчать по тому или иному поводу в Карвахолле могут годами.

– А хорошо все-таки, что мы смогли поговорить. – Он с благодарностью посмотрел на Балдора. – Почти как… – Он запнулся. «Почти как с Эрагоном», – хотел он сказать.