Эрагон. Брисингр

Ее симпатии могут перемениться, и тогда тебе придется опасаться за свою жизнь, ибо она может неожиданно пойти против тебя. А Ночные Ястребы тебя никогда не предадут. Мы твои, госпожа Насуада, мы полностью принадлежим тебе. Так что, прошу тебя, позволь нам делать то, что положено. Позволь нам защищать тебя.

Сперва Насуаду совершенно не трогали доводы Гарвена, однако его красноречие и ясные аргументы произвели на нее впечатление. «Отличный человек, – думала она, – жаль, что я не нашла для него более достойного применения».

– Я вижу, Джормундур окружил меня воинами, столь же изощренными в красноречии, сколь и во владении мечом, – с улыбкой сказала она.

– Благодарю, госпожа моя.

– Ты прав. Я не должна была уезжать и оставлять тебя и твоих людей позади. Я прошу у вас прощения. Это был беспечный и неразумный поступок. Я все никак не привыкну, что меня постоянно окружает охрана, и порой забываю, что не могу передвигаться с прежней свободой, как когда-то в Фартхен Дуре. Даю тебе слово чести, капитан Гарвен, что больше этого не повторится.

– Благодарю, госпожа моя.

Насуада отвернулась и снова посмотрела в ту сторону, откуда приближались эльфы; теперь их скрывал из виду лишь берег высохшей речушки, и до лагеря оставалось не более четверти мили.

– А знаешь, Гарвен, – снова обратилась к нему Насуада, – всего несколько минут назад ты, похоже, изобрел девиз Ночных Ястребов.

– Вот как? Но я что-то этого не припомню.

– Да, да! Изобрел! «Самые умные, самые упорные и самые злые», – ты ведь примерно так сказал? Это был бы отличный девиз, хотя, возможно, «и» там не нужно. Если остальные Ястребы его одобрят, тебе нужно попросить Трианну перевести его на древний язык, а потом этот девиз вырежут на ваших щитах и вышьют на ваших знаменах.

– Ты в высшей степени щедра, госпожа моя. Как только вернемся в лагерь, мы непременно обсудим это с Джормундуром и другими капитанами.

Он колебался, не решаясь начать, и Насуада, догадавшись, что его тревожит, сказала:

– Но тебя беспокоит, что подобный девиз может показаться слишком заурядным для тех, кто занимает столь высокое положение? Наверное, ты предпочел бы что-нибудь более благородное и заумное, я права?

– Права, госпожа. – На лице Гарвена явственно читалось облегчение.

– Полагаю, над этим стоит подумать.