Градуал

Та же тревожность подняла меня на ноги вскоре после восхода солнца. Не желая пропускать еще какие-нибудь информационные собрания, я принял душ, оделся и поднялся на палубу. По-прежнему мне хотелось как можно больше узнать о нашем маршруте и о разных местах пребывания. Выходя из каюты, я бросил взгляд на ручные часы, надеясь, что в этот раз не опоздаю к завтраку. Часы показывали то же время, что «Kema Vaqt». От «Mutlaq Vaqt» они на несколько часов отставали.

Поднимаясь по трапу в обеденный зал, я заметил, что корабль замедлил ход.

В окнах салона проплывали лебедки, краны, крыши складов и надстройки других судов. Двигатели издали глубокий скрежещущий звук, и я увидел, что мы подплываем к бетонному причалу.

К тому времени, как я позавтракал, корабль окончательно пришвартовался, и все готовились сходить на берег. Похоже, опять я от всех отстал. Поспешно пакуя сумку у себя в каюте, я вновь сравнил время на часах с показаниями хронометров. Те вновь изменились, то ли один еще больше отстал, то ли другой ушел вперед.

Время ручных часов не совпадало ни с одним, отставая от обоих. Я завел часы, переставил их по «Mutlaq Vaqt», закончил собирать вещи и присоединился к толпе у сходней.

16

Сойдя с судна, мы пересекли широкий бетонный причал и были направлены сопровождающими к длинному и низкому зданию, отодвинутому чуть вглубь от пристани на огороженной территории. Всем пришлось самим нести свой багаж, страдая под палящим солнцем. Добравшись до ворот, мы были вынуждены остановиться, так как внутрь пускали по одному.

Вход в здание оказался довольно внушительным, с парой кирпичных колонн с каждой стороны. Над ним располагалась большая металлическая вывеска на островном языке, но пониже имелся перевод:

ВЕСЛЕРСКАЯ ПРИЕМНАЯ СЛУЖБА

УПРАВЛЕНИЕ ГАВАНИ

Еще выше развевался флаг – белое поле с темно-синей каймой и двумя символами посередине: большой, нарисованной линиями звезды и дерева.

Мы медленно продвигались вперед, изнемогая от жары. Почти никто ничего не говорил, только один-два человека жаловались на задержку.

Я заметил Джиа, поспешно обходившую по краю нашу толпу, прижимая к груди планшетку для записей. Широкополая шляпа затеняла ей лицо, но все равно было видно, что девушке жарко и неуютно. Я обнаружил, что влажным воздухом трудно дышать, и понял, что корабль с его кондиционированным воздухом в салонах и каютах и продутыми ветерком открытыми палубами совсем не подготовил нас к условиям, которые могли встретиться на суше.