Демон в белом

По звездам на плечах одной из солдат я определил, что она была капитаном, но первым заговорил другой, простой и грубоватый легионер. Безусловно, логофеты и придворные гомункулы-евнухи научили его, как себя вести и что говорить, но страх взял свое, и он лишний десятый раз поклонился, уткнувшись лбом в пол.

– Ваше величество, – произнес он срывающимся голосом, – святой император. Я простираюсь перед вами. Меня зовут Каракс с Арамиса. Почти восемьсот лет я служил вам верой и правдой.

Язык солдата заплетался, было заметно, что он заучивал речь наизусть.

– Ваше величество, я был у Гермонассы. Был на «Невредимом», когда он пал.

Из докладов я знал, что «Невредимый» был флагманом оборонительной флотилии Гермонассы, но, получив повреждения, перестал быть «Невредимым» и погиб безымянным. Спутница Каракса была капитаном этого корабля. По кодексу чести после такого сокрушительного поражения ей следовало лишить себя жизни. Возможно, она намеревалась сделать это после аудиенции.

Каракс описал нападение сьельсинов:

– Бледные взяли корабль на абордаж.

Вскрыли корпус и ринулись внутрь. Началась утечка воздуха, пострадала система жизнеобеспечения. Не знаю, как развивалась битва; капитан приказала отступать, и мы отошли, чтобы отцепить командный отсек…

– К делу! – рявкнул сопровождавший солдата евнух в мягких туфлях.

По команде андрогина марсианский стражник ткнул легионера древком энергокопья.

– Пусть рассказывает как хочет! – Голос императора заставил андрогина со стражником замереть.

Каракс и капитан тут же прижались лицом к полу, словно напуганные грозой дети. Слова кесаря гремели с трона, усиленные спрятанными в резных сводах динамиками, и казалось, что его божественный глас исходит сразу отовсюду.

Он доброжелательно продолжил:

– Этот солдат много странствовал и многое повидал. Нам это интересно. Не нужно его торопить.

Пробормотав слова благодарности, Каракс приосанился, оставаясь на коленях.

– Вы хотели узнать о нем. – (Я буквально услышал, как Каракс сглотнул.

) – О Бледном короле.

Я предположил, что по прибытии на Форум этот солдат, наряду с другими выжившими на Гермонассе, подал рапорт и исходя из представленных сведений был избран, чтобы предстать перед императором. Я покосился на Паллино, но мой старый друг и телохранитель даже не моргнул.

Меня терзали мрачные мысли, но я продолжал внимательно слушать Каракса.

– Моя декурия осталась охранять шлюз. Мы были последней линией обороны.