Убийство у синего моря

Я же наконец отправила окончательную версию сценария для следующего выпуска «Кровавого следа». Он будет называться «Черный георгин – дело Элизабет Шорт», и мне приятно, что я в конце концов закончила свою работу. У Софи и Йенни, руководительниц и ведущих подкаста, есть выходные, чтобы прочесть сценарий, прежде чем в понедельник пустить его в эфир.

Честно говоря, дело Элизабет Шорт одно из самых жутких дел, о которых мне доводилось писать, не говоря уже о том, что это самое обсуждаемое убийство в Америке на сегодняшний день.

При этом само преступление до сих пор не раскрыто.

Официантка и актриса Голливуда, красавица с темными вьющимися волосами и большими планами на жизнь, Элизабет Шорт в конце сороковых годов была найдена посреди бела дня мертвой. Ее обнаружила женщина, вышедшая на прогулку со своей маленькой дочкой. Шорт лежала абсолютно нагая на зеленом газоне, и ее кожа была настолько бледной, что женщина поначалу приняла человеческий труп за манекен. Некто разрезал тело актрисы пополам по линии талии и исказил ее лицо в так называемой «Улыбке Глазго» – уголки рта были растянуты до ушей, являя миру кошмарный кровавый оскал, занимавший собой почти все лицо.

Да уж, этих фактов достаточно, чтобы по ночам тебя начали мучить кошмары. Но хуже всего, что полиция так и не сумела найти того, кто это сделал. Уже почти восемьдесят лет прошло, но никто до сих пор так и не знает, кто лишил жизни Элизабет Шорт.

В последние месяцы мне часто приходилось задумываться о том, каково приходится близким жертвы, когда дело остается нераскрытым.

Убийство – это всегда трагедия, ужасная трагедия. Но что происходит, когда правосудию не дано свершиться? Когда виновным так и не суждено предстать перед законом? Смогут ли в таком случае родственники когда-нибудь начать оплакивать своих погибших?

* * *

– Спишь?

Я вздрогнула в своем углу дивана и увидела Юнатана, присевшего на корточки рядом с Аретой Франклин.

– Что? Нет. Так, вздремнула малость.

– А то получается, что мы занимаем твою постель. – И Юнатан похлопал по обивке дивана.

– Да нет, все нормально.

– Уверена? А то могу спровадить его в спальню.

И он кивнул на Закке, который уже начал легонько похрапывать.

– Да, уверена. И вообще, мне страшно нравится, что я могу у вас жить.

– Просто если мы тебе мешаем, то ты можешь в любой момент выпроводить нас из гостиной. В принципе здесь только я ловлю кайф от этого.