Вор с черным языком

Она улыбнулась, обнажив темные зубы:

– Стань моим слугой на семь лет, и если я останусь довольна твоей расторопностью, то, может быть, и отпущу тебя с такой же перчаткой и кучей других подарков.

– А если останешься недовольной?

– Тогда я превращу тебя в земляную тварь и продержу в таком виде до тех пор, пока кому-нибудь из моих гостей не понадобится сиденье.

Сказать на это мне было нечего, так что я просто улыбнулся и попробовал пиво, очень даже неплохое. А потом задумался, шутила она насчет слуги или нет.

Тут-то я и увидел ее ожерелье.

Медь и зеленый янтарь, но, если я не ошибся в своих предположениях, в центре его была вырезанная и отполированная до блеска коленная чашечка.

– Я знаю, зачем ты пришла, – сказала ведьма Гальве.

– Да.

– Мы можем поговорить о деле при нем? – Она кивнула на меня.

– Думаю, пока нет.

Я постарался не показать, что задет, но из этого явно ничего не вышло.

– Тогда продолжим вежливую беседу, пока я не решу отослать его.

Откуда ты родом, мальчик?

Ее ноги сами собой поменялись местами, и пальцы снова закачались. Это показалось мне странным – слишком уж похоже на прошлый раз.

– Из Плата-Глурриса, – ответил я.

– Я слышала про это место. Между Сверкающей рекой и Косматым морем. Рядом с островом Воронов. У меня была возможность попасть туда, но не сложилось. А эта река действительно сверкает?

– На солнце, как любая река. Но людям ведь нужно чувствовать, что их родина какая-то особенная.

– Да, это правда.

– А ты откуда? – спросил я.

Заслышав шум, мы обернулись. Тот самый тыквоголовый приятель с тележкой, что загнал себя до полусмерти, поднял ее на последнюю ступень и поплелся через зал. Волк смирно лежал у очага, безразлично наблюдая, как тыквоголовый сваливает сломанные, изогнутые в шейке инструменты на пол. Они не звякали, а издавали такой же звук, как упавшее человеческое тело. Потому что это и были человеческие тела. Инструменты исчезли, и я вдруг понял, что их никогда и не было.

На кирпичный пол выпал парень с рыжими волосами на руках и ногах. Голова его, к счастью, была прикрыта капюшоном, а на шее все еще висела петля. Плод знаменитой Маэтской виселицы. Ведьмин слуга достал из заплечного мешка небольшую бронзовую пилу, стащил с трупа штаны и, стараясь не морщиться от отвращения, приложил пилу к тому месту, где нога соединялась с бедром.

– Я? – переспросила ведьма.