Экскременты космических лосей

Сам транслятор имел монитор и складную клавиатуру, но чаще всего жители Мундиморы подключали его к большому экрану. Транслятор использовали как устройство спутниковой связи. Также к экрану могли подключить лайку и клавиатуру – и получался полноценный компьютер. Подобные «трансформеры» были распространены по всей империи. Коммуникатор, в отличие от транслятора, носили на груди и использовали для радиосвязи на высоких частотах.

Исаак отыскал нужный видеофайл, подошёл к елдыринцам и включил воспроизведение.

Сначала монитор оставался пустым и тёмным. Вскоре там возникло изображение отвратительного существа – и Гоблинович невольно отпрянул в ужасе… Создание, вероятно, когда-то было человеком; теперь же оно не походило на представителя ни одной гуманоидной расы. Бровей почти не было; кожа имела болезненный желтовато-коричневый оттенок. Скулы отличались неестественными размерами, щёки были втянуты, а губы напоминали гигантских слизней. Судя по огромному вымени, это была самка.

Длинные когти на её руках были выкрашены в кислотный цвет.

– Привет, с вами Гвендельфина Куколка, – проговорило нечто, шлёпая своими губами-слизнями. – В этом видео я расскажу, как правильно симулировать оргазм, чтобы получать шубы и драгоценности даже от нищебродов, и сколько денег должен зарабатывать мужчина, с которым не стыдно переспать на первом свидании…

– Элитная куртизанка! – с восторгом прокричал Бабельянц – и тут же умолк, заметив на себе косые взгляды.

Водрузив на стол своё гигантское, еле-еле упакованное вымя, блогерша подводила итоги какого-то конкурса.

Подписчицы должны были прислать ей фото члена своего любовника на фоне его машины. Победила некая мадам, которая прислала фото самого длинного фаллоса на фоне самой дорогой «кобыловозки». В подарок она получила книгу «Стань богиней – работай вагиной: достаток и благополучие женщины». Автором бестселлера была, разумеется, сама Гвендельфина Куколка.

«В какой мучительной агонии, должно быть, умирали клетки её мозга!» – с ужасом думал Иннокентий.

Заметив, что бедняга едва не умоляет о пощаде, Исаак убрал от него транслятор и выключил видео.

– Надеюсь, достаточно, – произнёс качкоид. – А то ещё скажут, будто мы пытаем пленников.

Бабельянц, бормоча восторженную околесицу, умолял включить видео снова. Его никто не слушал: партизаны думали, что дед со страху молится. Иннокентий молчал, пытаясь привести себя в чувства.