Экскременты космических лосей

Карьера молодой журналистки шла в гору: новые знакомства, интересные встречи, работа допоздна… Вращаясь в околобогемной среде, Хельмимира замечала, как модные фильмы и книги становятся всё хуже и хуже. «Конечно, это вкусовщина, – убеждала себя мундиморийка. – Мне, наверное, сложно угодить». Однажды она познакомилась с молодым режиссёром, который сказал ей довольно странную фразу: «Сейчас, если хочешь пробиться в люди, нужно либо снимать абсолютный шлак, либо становиться придворным шутом».

Поговаривали, что Его Высочество Брандомонд – тогда ещё принц, сын императора Сигриса Гордетольфа – был поклонником «альтернативной» культуры.

В один прекрасный день Хельмимиру пригласили во дворец на элитный показ какой-то картины. То, что увидела мундиморийка, потрясло её до глубины души: фильм был как будто снят в другой вселенной. «Отчего же он так хорош? – спрашивала себя Хельмимира. – Ведь нет ни особых спецэффектов, ни дорогой графики…» Зачарованная, она смотрела на игру актёров – и чувствовала, как сердце её тает от какое-то неимоверной теплоты, неимоверной искренности. Музыка была восхитительна. Все новинки современного кино казались Хельмимире фальшивкой – словно восковые муляжи рядом с живыми фруктами. «Что же в нём такого особенного? – рассуждала мундиморийка. – Может… душа?»

Когда приём был окончен, Хельмимира обратилась к организатору. Она спросила у него, покажут ли фильм в кинотеатрах. Тот посмотрел на неё свысока и презрительно усмехнулся: «Боюсь, это не для широкой аудитории».

Поражённая, она пошла прочь – мимо хорошо одетых гостей, которые обсуждали произведения литературы. Неожиданно для себя Хельмимира услышала название того самого романа, за который её чуть было не отчислили из университета… Придворные наслаждались прекрасными продуктами высокой культуры, в то время как массового зрителя кормили низкопробными шутками.

С тех пор колонка Хельмимиры стала ещё более ядовитой и хлёсткой. Когда же на экраны вышла очередная комедия, которую снял имперский режиссёр по фамилии Какашкинд, мундиморийка разнесла её в клочья.

«Не проблема, что зрителя держат за жвачное животное, – написала Хельмимира. – Проблема в том, что после просмотра он может им стать».

Наказание последовало немедленно. Ещё до того, как номер оказался на сервере, главный редактор газеты вызвал Хельмимиру к себе в кабинет.

Оказалось, что её выходки давно всем надоели. Гадость, которую она написала о фильме господина Какашкинда, никогда не увидит свет.