Мы начинаем в конце

Водитель, непременно до пояса голый, либо опустит голову, либо уставится строго вперед – словно ему есть что скрывать. Сам Уок ехал на низкой скорости. Он уже давно толком не спал. Последнюю ночь они провели в мотеле, в двухкомнатном номере; дверь между комнатами Уок прикрыл неплотно, оставил щель. Еще в Кейп-Хейвене он предложил добираться до Монтаны самолетом, но мальчик заробел, и Уок вздохнул с облегчением – он и сам терпеть не мог летать.

Теперь Робин и Дачесс ехали на заднем сиденье, отвернувшись друг от друга.

Казалось, каждый из них видит за окном пейзаж чужой и враждебной страны. О той ночи Робин молчал. Ни Уок, ни сестра не дождались от него ни словечка. Равно как и полицейские, специально подготовленные для таких случаев. Вооруженные состраданием, они определили Робина в комнату, где со стен по-человечьи улыбались добрые звери (притом никаких режущих глаз красок, сплошные пастельные тона); дали ему карандаши и бумагу. В их интонациях и взглядах читалась безнадежность, будто Робин – хрупкий стеклянный сосуд – уже разбился вдребезги, и дело приходится иметь с кучкой осколков. Дачесс сохраняла презрительное выражение лица, руки скрещивала на груди, морщила нос, всем своим видом как бы говоря: знаю я ваши дешевые уловки, ничего у вас не выйдет.

– Как вы там, дети?

Ответа Уок не получил.

Позади оставались городишки в строительных лесах, водонапорные башни. Миль пятьдесят параллельно с хайвеем бежала железная дорога – обугленные откосы заросли ржавым бурьяном, словно с последнего поезда, здесь пропыхтевшего, миновала целая жизнь.

Уок снизил скорость у методистской церкви – беленые стены, кровля из светло-зеленого шифера и стрельчатый шпиль – будто указатель единственной достойной цели.

– Проголодались?

Уок знал, что Дачесс и Робин не ответят. Долгое путешествие – тысяча миль; трасса 80, тот отрезок, что пролег по опаленным просторам Невады, где земля и воздух одинаково сухие, одинаково пыльные. Целая вечность понадобилась, чтобы охре смениться на зелень; позади был штат Айдахо, впереди – Вайоминг; ехать предстояло как раз через Йеллоустонский национальный парк.

В Дачесс ненадолго проснулся интерес к пейзажу.

Поесть остановились, не доезжая Твин-Ривер-Миллз.

Сели в обшарпанной кабинке, Уок заказал бургеры и молочные коктейли. В окно была видна заправка. Из арендованного трейлера выбрались молодые супруги с малюткой-дочерью, направились к закусочной.