Цена твоих грехов

– Ну и? Что ты здесь устроила, маленькая сучка?! – Отчеканил он, хватая меня за волосы. Я зашипела, словно кошка, вырываясь из стальной хватки хищника.

– Вы не имеете права меня здесь держать! Мои родители найдут вас и тогда…– Мои слова были прерваны звонкой пощечиной.

– Слушай сюда внимательно, дрянь, ты теперь не имеешь никаких прав. Еще раз услышу, что ты повысила в моем присутствии голос, отрежу язык. Свои сучьи выходки оставь при себе. Устроишь разгром снова – будешь вылизывать все стекла с пола. Поняла меня?! – Он продолжал держать за волосы, пока кидал угрозы в мой адрес.

– Пошел ты…– Не знаю, откуда во мне взялась смелость, но я подняла голову и посмотрела на него с отвращением, мысленно заставив себя перестать быть жалкой в глазах этого чудовища.

– Видимо, все же не поняла. Значит, будет по-плохому. – Он достал какой-то шприц с прозрачной жидкостью из кармана.

В один момент меня скрутили так, что я не могла даже вздохнуть. Боль пронзила тело. Казалось, сейчас сломаются все ребра.

Он задрал рукав моей блузки и воткнул шприц с незнакомым веществом. В голове помутнело. Какие-то странные блики плясали перед взором. Темнота забирала постепенно. Было ощущение, будто я падаю с огромной высоты. А потом все закончилось, как по хлопку и уже не было полета. Была только знакомая темнота и покой.

Глава 4.

– У нее редкая группа крови, это вещество не будет влиять на нее так же, как и на других.

– А если попробовать что-то другое?

– Я бы посоветовал тебе лечиться, друг, и перестать губить чужие жизни ради одной.

– А я бы посоветовал тебе заткнуться и делать свою работу.

Пробуждение было болезненным: голова, словно, налилась свинцом, веки отяжелели, меня бил озноб. Я лежала неподвижно, вслушиваясь в непонятный разговор между двумя мужчинами. Одного узнала сразу – тот самый Кир, вколовший мне какую-то сыворотку, от которой быстро отключилась. Но вот голос второго человека был не знаком. Я боялась даже пошевелиться, чтобы меня не заметили.

Хотелось больше ответов. Этот странный разговор озадачил. Видимо, то, что мне ввели, было необычным успокоительным или снотворным, а чем-то намного хуже. Мое состояние доказывало, что этот препарат опасен, и я запросто могла умереть. Тошнота подкатила к горлу.

– Кирилл, эта девушка совсем ребенок, посмотри на нее, – говорил незнакомый мужчина.

– Мне плевать, – сухо ответил мой похититель.

– Ты безумец. Когда она очнется, приведите ее в медблок.