Корона из шипов

Он висел у лерена на шее, фигурка со знаменем Тахиры. Она посчитала их. Осталось четыре из девяти. Но это она уже знала. Новости о новой жертве отказа распространялись как дым.

Претендентки Мюриэль Моркевир и Блуинс Бельтесорн воссоединились со своими родственниками после недель во Дворце Колибри, а сестры Джетенопикс, мать которых, по-видимому, не собиралась присутствовать на празднике, разделили угол с Анатчишами.

Лереса поспешила переключить свое внимание на Тео. Она не хотела, чтобы кто-то заметил, куда она смотрит, и связал это с двумя именами.

– Ты справишься, – приободрила она его, осознавая его неуверенность, боязнь не найти то, что он искал, не соответствовать той планке, что он поставил. – Помни, что они там из-за тебя. Ты – главный приз.

– Ты не поехала на острова ради меня, – сказал Тео с безнадежностью в голосе.

Келани прикусила язык. Любая лереса, достигшая минимального возраста для зачатия, должна была откликнуться на призыв Т., независимо от того, хотела она этого или нет, потому что, даже если бы она возражала, ни один секир не упустил бы возможность связать одну из своих дочерей с каким-либо другим будущим секиром.

Связи укрепляли союзы, усиливали их на переговорах, один сильный голос «за» может заткнуть за пояс всех остальных, даже сделав решение единогласным. Все Имена уважали выбор Тахиры. И не было причин, по которым лереса не посчитала бы за честь принадлежать к этому Имени.

Тем не менее Келани ушла, потому что она так хотела.

Она уже поделилась своими желаниями с Тео и призналась в том, что ее мучило, выдав все тайны.

Лерен отстраненно пожал плечами. Он опустил взгляд и, несмотря на все свое изящество, выглядел подавленным. Она положила руку ему на плечо, чтобы вселить в него уверенность.

– Тео, ты великолепен, – похвалила она его со всей искренностью. – Если они не видят тебя, это потому, что они тебя недостойны. Ты уже сделал достаточно, чтобы заслужить всеобщую любовь.

Теперь они должны что-то сделать для тебя. Привлечь твое внимание.

– Дело в том, что они могут и не хотеть быть со мной, – предположил он. – Что, если я ошибусь? Что, если я обреку себя на жизнь с равнодушным ко мне человеком до конца своих дней?

Келани тоже испугалась, когда ей сказали, что она свяжет себя узами брака с Сетом Станкевичусом. С молодым человеком, которого она почти не знала и с которым почти не состояла в родстве.