Родственная душа

– Ярик, возьмешь и мою сумку тоже? – с воодушевлением спросила Агата, закидывая рюкзак на плечо.

– Угу, – промямлил мальчик вместо ответа и взял вещи сестры.

– Он стал таким хмурым, – шепнула Даяна Агате, закрывая за гостями дверь.

– Переходный возраст, – прыснула в ответ сестра.

– Я вас слышу, – бросил Ярослав через плечо, и девочки тут же умолкли.

Кухня представляла собой небольшое светлое помещение с тремя маленькими окнами рядом с дверью. Коричневый ламинат, белые стены, нежно-бирюзовый гарнитур с белоснежной плитой в центре.

У входа висел черный чугунный крючок для ключей. На одной из тумб стояли кофемашина, сахарница и три одинаковые кружки с милыми надписями. Над мойкой висело маленькое полотенце, рядом расположился непонятный цветок в горшке и множество банок со специями. Около плиты помещалась корзинка с ковшиками, кухонными лопатками, теркой и доской для резки. На конфорке стоял странной формы чайник цвета бронзы. На верхних полках покоилась посуда и фарфоровый кувшин. В центре кухни находился квадратный стол с трехъярусной подставкой, наполненной фруктами, пирогами и ягодными пирожными на самом верхнем блюдце. С потолка свисал черный светильник треугольной формы.

– Как вы не ударяетесь? – покачал мальчик головой, обходя светильник.

Ярослав остановился у стола и отодвинул белый деревянный стул. Из окна просачивался теплый солнечный свет.

– Здесь так уютно, – протянула Агата, заходя на кухню.

Ярослав бросил взгляд на пирожные.

– Откуда столько сладостей? Где-то рядом есть магазин?

– Кондитерская, – кивнула Даяна.

 – Ей владеют родители моей близкой подруги.

– Познакомишь? – оживился мальчик.

– С подругой?

– С кондитерской, – нахмурил брови.

На кухне повисла неловкая тишина. Агата улыбнулась.

– Ярик очень любит сладости. У бабушки редко можно было купить что-то подобное. Ты знаешь, мы жили в глухой деревне на севере.

– Я всегда мечтала побывать в холодном крае, у нас ведь снег редко бывает, – огорченно ответила Даяна, глядя в пол.

 – Но вот к бабушке никогда не ездила, больно далеко, но помню, как радовалась, когда она приезжала к нам.

– Кто в трезвом уме захочет побывать в краю лютого мороза? – вскинул мальчик брови.

– Тот, кто всю жизнь провел под палящим солнцем, – предположила кузина, перебирая подол своего платья.

На кухню вошла Виктория. Ее короткие волосы были забраны в аккуратный хвост.

– Даяна, тебе следует познакомить кузенов с друзьями, – произнесла она ласково, но властно.