Спрятавшиеся в темноте. Том первый. Блеск и отражения

Казалось, что юный гвардеец не расстроился, посмеялся тоже и сказал, что в таком случае отдаст их сестре, её свежесть и невинность будут выгодно оттеняться голубыми опалами. Тогда Карина сделала вид, что не услышала язвительного намёка, однако это было не так. Впрочем, не в её характере было обижаться. Признаться, голубые опалы не понравились ей гораздо больше, нежели могло показаться на первый взгляд. Это и правда были не её камни. И будь она подозрительной, могла бы подумать, что Никки известно о ней больше, чем остальным светским львам.

Свечи разгорались, пламя становилось равномерным.

Дело в том, что опалы – камни большой магической силы. Но в магию давно никто не верит, механика победила предрассудки.

Карина привычными движениями достала из того же ящичка, откуда ранее появились белые свечи, маленький серебряный ножик с искривлённым лезвием. Его ручка была из кости, покрытой замысловатой резьбой. Человеку, никогда не жившему в обители Голубки, показалось бы, что резьба – украшение, но это было не так.

Это были письмена, и лишь посвящённый мог их прочесть.

Раз – и маленькое искривлённое лезвие прошлось по пальцу Карины. Пальцем с выступившими каплями крови Белая дама нарисовала спираль по всей поверхности зеркала. Она немного повиляла хвостом, игриво выглядывающим из-под батистовой ночной рубашки, эта часть с кровью никогда не нравилось хвостове, но она была необходима, это не обсуждалось.

Опалы бывают разных цветов, но вот голубые – редкость в Империи. Признаться, серьги были шикарными, но, когда Карина представляла, что можно будет увидеть, надень она их, глаза её расширялись от ужаса.

Пламя свечей, немного пошипев, вытянулось, изменило оттенок и стало неестественно белым, как густой туман.

Кровь с зеркала исчезла, оно перестало быть мутным. Карина перевела взгляд в его глубину. Её прекрасные волосы отражались почему-то безобразными седыми лохмами, голубые глаза – блеклыми и подслеповатыми, а пухлые губы – впавшими полосками слегка розовой плоти.

В зеркале отражалась древняя старуха. Она недовольно скривила губы и принялась что-то шептать на древнем наречии. Карина раскачивалась в такт словам. Резко прекратились движения и звуки. Старуха в зеркале закатила глаза, на желтоватом белке вдруг появился чёрный зрачок. Выражение этих странных глаз было злым.