Спрятавшиеся в темноте. Том первый. Блеск и отражения

Лестор слегка растерялся.

– Разве наука осуждается? Ведь изучение языка – это наука.

– Да, но разве вы не обращали внимания, что наука у нас находится под строгим контролем?

– Под контролем? О чём вы, Никки? Я учился в Академии семь лет и не заметил ничего подобного, наоборот, любопытство и пытливость поощряются!

– Правда? И в чём же заключалось ваше любопытство?

По правде сказать, Лестору было сложно ответить на этот вопрос. В Академии было так много предметов, что он не обращал внимания на свою постоянную занятость.

По сути, свободное время у него появилось только после её окончания. И он занялся изучением запретного языка. Но это, как оказалось, не одобряется.

В это время к ним вернулся Астер, и тема разговора изменилась.

– Итак, друзья, мы уже подходим к «Пьяному дракону». Надеюсь, у вас настроение не хуже, чем у Белки на кедре.

Хвостовы зашли в трактир. Лестору приходилось раньше здесь бывать, но только днём. Тогда внутри царил полумрак, посетителей было немного, да и он только пообедал и сразу ушёл.

Вечером же вся прелесть заведения раскрылась в полной мере.

Стены, потолок и пол были деревянными и всё было расписано краской. Все рисунки так или иначе повествовали о приключениях пьяного дракона. Красный дракончик с косыми глазами был изображён с кружкой пива, с саблей, с пистолетами, с девицами, и всегда что-то было не так – то пиво выливается, то пистолет направлен не на противника, а на самого дракона, то девицы не самые симпатичные, в общем, действительно, дракон был пьян.

Трактир был освещён лампами в виде факелов, туда-сюда сновали хорошенькие официантки в красных цилиндрах. В руках у них были механические блокноты, на которых было выгравировано меню заведения и номера столиков, официанткам оставалось только нажимать «добавить» у того или другого столика. Лестор, как историк, считал, что у бумажных блокнотов есть своё очарование, но поспорить с удобством подобной механической системы было сложно.

Бармен за стойкой, вдобавок к фирменному цилиндру, имел механический глаз, напоминавший монокль.

Это было чистой воды франтовство, хотя, возможно, для бармена запоминать клиентов и правда было необходимо.

– Добро пожаловать к пьяному дракону! – поприветствовал приятелей мальчишка в лихо спущенном набок красном цилиндре, скрутил хвост спиралью и дунул в механическую трубку. Из неё вместо табачного дыма выпрыгнуло красное облачко, превратилось в пьяного дракончика и приветственно рыгнуло.