Итальянский гамбит

Раньше той ничего не стоило вызвать Элену к себе, загрузить работой, при этом – стоять над душой весь день, придираясь к каждой мелочи, а к вечеру просто отхлестать ремнем. Да не просто отхлестать в гневе, а сделать это торжественно, обставив как гребаный ритуал.

Ни Альберто, ни Джованни, а особенно покойный дед Марио, никогда не защищали ее от Марты. Да и вообще, в семье не было принято указывать друг другу, как вести себя с Эленой. Каждый выстраивал свои отношения с ней так, как хотел. Для них было достаточно договориться, где и когда Элена будет находиться, лишь бы не пострадал их драгоценный комфорт.

Достаточно быстро девушка убедилась, что наказания были частью сексуальных потребностей Марты. В принципе, потому и терпеть наказания было нетрудно.

Каждый такого рода воспитательный процесс заканчивалось бешенными актами любви между супругами – их стоны и крики разносились по ночным полям по несколько часов кряду, в то время, как Элена могла тихо плакать в своей комнате в их доме от обиды и унижения.

Наутро же Марта становилась доброй и ласковой, заботливо интересовалась состоянием Элены, не заставляла работать, кормила ее всякими заготовленными раньше, и только для нее, вкусняшками, обязательно дарила специально приобретенный для нее подарок. Они даже могли провести целый день вместе, развалившись на шезлонгах в саду, принимая солнце и играя с собаками – красивыми колли, которых Альберто разводил специально на продажу, как и разноцветных маленьких попугаев какой-то редкой породы, натуралист хренов.

Вообще-то, справедливости ради, хорошее расположение членов семьи к ней присутствовало всегда и во всем – они были доброжелательны и внимательны к ней больше, чем она к ним. Уж на что-что, но на это она пожаловаться не могла.

За все время, что она жила в этой семье, оставались неизменными их забота и участие по отношению к Элене. И пусть постороннему могло бы показаться, что они не всегда добры к ней, на самом деле это не так: с первого дня члены ее новой семьи разъясняли ей мотивы всех своих требований и просьб, а так же и поступков, совершающихся по отношению к ней.

Не обижали ее и материально. Да, ей не платили зарплату в общепринятом смысле, но она могла покупать себе практически все, в чем нуждалась, и даже могла откладывать, но это большой секрет.