Мой дорогой человек

 – Смотрите, Ирка покраснела! Давай собирайся быстрее, не заставляй парня ждать! И розы не забудь, а то Алка, глядишь, не удержится и утащит их в свою холостяцкую берлогу!

– Эй, – возмутилась Алла, снимая туфельки, в которых обычно щеголяла в салоне, и ныряя в модные сапожки на тонком каблуке. – Ты палку-то не перегибай!

А я уже даже не слушала их шутливую перепалку. Натягивая куртку и обматывая шею теплым шарфом, счастливо улыбалась, предвкушая, каким волшебным получится сегодняшний вечер.

Погода на улице снова была нелетной.

Ваня, вновь галантно распахнув пассажирскую дверь, усадил меня в машину, убедился, что мне комфортно, уселся сам и лихо вырулил на шоссе. В салоне приятно пахло спелой вишней, негромко играл джаз. Ваня уверенно вел машину, держа одну руку на руле, а второй осторожно проглаживая мою ладошку, которую практически сразу после того, как мы тронулись с места, положил на свое колено.

– Куда мы едем? – с любопытством спросила я, любуясь проплывающим за окном вечерним городом.

– В «Сирень». Я заказал столик.

Я закусила губу. «Сирень» была одним из самых крутых ресторанов в городе. Даже самый простецкий «Греческий» там стоил каких-то немыслимых денег. И что мне заказывать? Вчера в кофейне Ваня оплатил счет, но вдруг в этот раз мы поделим его пополам? Интересно, а он вообще знает, какие там цены?

До этого я еще ни разу не была в «Сирени», хотя много слышала о нем от Насти, которую не раз водил туда обеспеченный, но глубоко женатый кавалер.

– Девчонки, как там вкусно, – закатывала она глаза, хвастаясь перед нами очередным романтическим вечером. – Я заказывала салат с уткой, апельсином и кедровыми орешками – и это просто божественно!

– Тоже мне, утка с апельсинами, – обычно хмыкала в ответ Маринка. – Вот курочка с яблоками… Да еще и запеченная мамой… Вот это – да!

Мы много смеялись и подтрунивали над Настей, которая частенько ужинала в «Сирени». Теперь и мне предстояло отведать местную кухню.

А я еще, как назло, была одета разве что для чебуречной – черные джеггинсы, скромный серый свитерок, сапожки–угги… Словом, образ далеко не с обложки журнала.

«Сирень» оказалась невероятно элегантной. Сверкающая плитка на полу, изящные столики, накрытые накрахмаленными белыми скатертями, роскошные люстры со множеством блестящих при свете ламп хрустальных «сережек»… Я в таком интерьере смотрелась бедной родственницей и здорово смущалась.